Моя мачеха – иномирянка

- А теперь объясните мне, что всё это значит.

   – Вы о моём приданом? - съехидничала я. – Не знала , куда складывать это неожиданное богатство, ведь вы не выделили мне комнат, прежде чем засыпали подарками. Поэтому приказала нести всё в спальню!

   – Думаете, я купил всё это? – приподнял он брови.

   – Нет, - саркастично фыркнула я и скрестила руки. - Это всё подогнал мой неожиданно объявившийся братик, который послал вещи с воином вашей бывшей невесты, а сам решил навестить сестрёнку в вашей компании.

   Лицо Кендана вытянулось, будто мужчина удивился, и у меня нехорошо засосало под ложечкой. Я порывисто схватила мужа за руку.

   – То есть вы об этом ничего не знаете?

   Похоже, это было тaк, потому что соэр не ответил, лишь спросил:

   – Кто именно привёз приданое?

   – Соэр Рэнд, – послушно сказала я и, дотронувшись до шеи, быстро поправилась: – То есть просто Рэнд. Он воин, который…

   – Я помню, – перебил Кендан и задумался.

   – Так с вами кто-нибудь приехал? - осторожнo полюбопытствовала я.

   – Послушай! – Муж решительно взял мою руку и строго посмотрел в глаза. – Вчера я получил… – Он на миг скривился и процедил: – Приглашение, от которого невозможно отказаться. Поэтому пришлось срочно покинуть замок, что бы встретиться с послом короля.

   Догадавшись, что всё это значит, я прошептала:

   – И он приехал с

вами? Думаете, он догадывается, что наш брак основан на договорённости?

   – В любом случае нуҗно убедить этого человека, что ты – моя истинная пара! – холодно отрезал мужчина.

   Вздох вырвался помимо моей воли. Как всё напоминало то, что уже происходило когда–то! Чиновник вызывал нас с Виктором к себе несколько раз, задавал каверзные вопросы и следил за каждым движением, стараясь подловить на лжи. Муж хорошо играл, потому что всегда был отличным лжецом.

   Но сейчас всё иначе, а значит, всё получится.

   – Что же до приданого…

   – Я уже пустила слух, что потеряла память после вашего призыва, - торопливо уведомила его.

   – Отличное решение, - похвалил он.

   И вдруг улыбнулся, а у меня в груди ёкнуло, потому что лицо Кендана внезапно преобразилось.