Сказка - ложь!

Герцог, на удивление, ничуть не обиделся, разве что слегка скривился.

– Вы всегда такая прямолинейная, мадемуазель?

– Да. Это, знаете ли, основная черта моего характера: что на уме, то и на языке. Не вижу смысла лицемерить.

Он покачал головой, чему-то усмехаясь.

– Тогда я могу надеяться, что вы ответите правду на мой вопрос?

– Надейтесь. А что за вопрос?

Он окинул меня горячим взглядом, от которого враз вспотели ладони, и низким чувственным тоном произнес:

– Скажите, мадемуазель, я вам нравлюсь… ну хоть чуть-чуть?

Я несколько секунд молча смотрела на него, пытаясь сообразить, что именно он хотел этим сказать.

– Что такого смешного вы услышали в моих словах? – спросил он, насупившись.

– Ох, ничего, простите, просто я не привыкла слышать от парней такое. У нас обычно девушки задают подобные вопросы.

– Так да или нет?

Кажется, мы повторяемся.

– Ну, – я окинула его оценивающим взглядом, демонстративно задержавшись на внушительной выпуклости в паху, – вы вполне симпатичный мужчина. В моем вкусе. Этакий брутальный мачо. Но вот над характером стоит поработать. И над выдержкой. Интересно, вам удобно так ходить? – и я выразительно приподняла брови, указывая взглядом на его проблему ниже пояса.

Герцог судорожно вздохнул и покраснел.

– Боюсь, – хрипло произнес он, – эту проблему я не могу решить самостоятельно.

– Так в чем же дело? Найдите подходящую пару. Наверняка вокруг вас вьется десятка два привлекательных женщин.

– Вас это тревожит?

В его голосе прозвучал неприкрытый интерес. Я равнодушно пожала плечами и отвернулась.

– Почему ваша личная жизнь должна меня тревожить? – постаралась ответить я как можно ровнее. – Вы мне никто.

Я не видела, как он шагнул в мою сторону, только вдруг ощутила, что крепкое мужское тело прижалось ко мне со спины. Сильные руки обернулись вокруг моей талии, сдавливая и лаская одновременно, а в поясницу уперлось что-то твердое и весьма крупное.

– А вы хотите, чтобы я для вас кем-то был? – услышала я горячий шепот прямо над своим ухом. – Кем, к примеру?

Я застыла, когда мужчина вдавил меня в свое тело, заставляя ягодицами почувствовать всю величину его проблемы, и низко зарычал, уткнувшись носом в мою шею. Гормоны резко вскинули головы и радостно заскакали, вызывая на коже табун диких мурашек.