Что есть свет?

Теперь настала его очередь указывать на слабые места санктов, не жаждущих исполнять вверенные им обязанности. Последовала пауза. Сжав губы в тонкую линию, Клаус, словно вынужденный делиться самым потаенным секретом, словно отрывал от себя кусок, объявил:

— Ах, да! Смертная пересекла границу. За последнюю сотню лет они повадились соваться в наши мира. Фóрсет и Трейтер уже занимаются ею, но в этом нет необходимости, как мы знаем, — протараторил он, завершая речь неизбежным приговором: — Скоро миры убьют ее.

И тотчас же в подтверждение его слов из соседнего зала раздался девичий крик.

— Похоже, случится это куда раньше, — сложив пальцы пирамидой, заметил Игнис, губы которого зазмеились в циничной ухмылке.

Растерянная и раздраженная. Ничуть не вписывающаяся людским одеянием в убранство приемного зала, что украшали стройные колонны из белого мрамора, коринфскими капителями возвышаясь к сводчатому потолку, расписанного фресками с неизвестными эпизодами иного бытия.

Ника тяжело вздохнула и с закрытыми глазами покрутила головой, разминая шею, взмокшую от невыносимого зноя и духоты местных земель. При всей помпезности здания, куда ее завели, прием оказан крайне скверный. Габриэль повернулась назад, решительно направляясь к выходу из зала, но тотчас путь преградили сопровождающие, что секундами ранее стояли смирно, как солдаты.

Девушка открыла было рот, чтобы возмутиться, но поток негодований пресек шум отворившихся дверей и стук каблуков о мраморный пол. Высокая блондинка средних лет, облаченная в светлый брючный костюм, приветливо улыбнулась заневоленной гостье, коей не посчастливилось очутиться на незнакомой стороне. Мгновение спустя позади женщины показался тот грубиян, что встретил Нику у пропускного пункта.

Пара расположилась в креслах за столом, куда охрана подвела гостью.

«Точно ангел и демон на страшном суде! Только крыльев не хватает…» — промелькнуло в мыслях Габриэль, что чувствовала себя провинившейся школьницей, совершившей проступок, о природе которого она могла лишь догадываться, и ее вот-вот отчитают.

— Ох, право, господа! Негоже заставлять прекрасную девушку стоять на ногах.