Искра в бушующем море

Боя сделала глубокий вдох и ударила цветок в самую сердцевину. Он метнул синюю молнию в ответ. Бое следовало бы увернуться, но живот лишал возможности двигаться быстро.

Элла прикрыла ее сетью раньше, чем молния достигла цели. Виновато улыбнулась и пожала плечами. Больше ни на что сил не было. Огненный дождь превратился в ливень.

Чародеек накрыло щитом. Боя вздрогнула от неожиданности. Рядом появились Авар и Сорд. Элла благодарно кивнула, сеть спасала от ударов, но не от огня, щит прикрывал от всего. Сын Серка держал в руках еще одну темную пузатую бутыль.

Обитель!

– Пробуем? Перепала от деда в наследство, – Сорд испытующе уставился на присутствующих. – У кого еще остались силы?

– У меня! – откликнулась Боя.

Сорд поставил Обитель на крыльцо, и они с Боей снова запели заклинание. Элле показалось, что сердце перестало биться, она сложила руки в замок и закрыла глаза. Лишь бы получилось!

– Глупцы, я не попадусь в эту ловушку еще раз, – громыхнуло с небес.

Бутыль лопнула, а к цветку прибавилось несколько листьев.

Дочь Тэона зажмурилась. Сейчас начнется самый смак. Из земли полезли кустарники с длинными острыми колючками. Гладкими, острыми, длинными и, скорее всего, ядовитыми. Послышались крики, полные ужаса. Страж понемногу брал свое.

Элла посмотрела на Авара. Он-то какого демона вернулся? Чтобы умереть в один день? Сомнительное удовольствие! Из крыльца, пробив щит, вылезла опасная ветка. На другой стороне площади Рин закончил заклинание и растерянно уставился в пространство.

Дух Тмара, как и много раз до этого, не явился на зов.

Элла обратилась к черному урагану, но и тот не ответил ей. Вероятно, еще не пришел в себя после схватки с Латасаром. Захотелось разреветься. Надо было пройти весь путь, чтобы сдохнуть от рук демона? Пусть даже самого могущественного из ныне живущих. Подняла голову и подумала, что если Повелитель неба и впрямь считает себя должником, сейчас самое время расплатиться.

Авар осторожно взял ее за руку. Она посмотрела на бывшего жениха с благодарностью, очень страшно уходить в пустоту в одиночестве.

Или ему тоже? О чем, интересно, он думает? Будто угадав ее мысли, желтоглазый наклонился к ее уху и еле слышно произнес:

– Люблю тебя, Искорка. Всегда любил, и буду любить до самого конца.

– Осталось недолго, – констатировала Элла одними губами. Авар сжал ее ладонь.

– У меня еще остались силы. Немного, – шепотом поделился Сорд, – могу перенести кого-нибудь подальше.