Сердце звёздного дракона

Трещали, грозили рассыпаться в прах.

Погоня исчезла, и Ровеналь подумал, что его, видимо, зачислили в мертвецы. Это было хорошо. Очень хорошо. Если бы не одно «но» - оставалось не стать мертвецом на самом деле.

Очередной утёс пронёсся в опасной близости от корпуса корабля.

Ровеналь не сдержал витиеватого ругательства, когда прямо из-за него вынырнул другой.

Третий.

Наконец, ущелье закончилось, и Ровеналь увидел перед собой ровные пики небоскрёбов столицы Ноктюрна.

Судорожно защёлкал по сенсорной панели, пытаясь активировать режим невидимости.

Бортовой компьютер не сдох. По крайней мере, не до конца. И двое патрульных флаеров прошли в считанном десятке метров от него.

Ровеналь с облегчением выдохнул – и тут же об этом пожалел. Из-за спины раздался протяжный скрип и треск.

Ровеналь понял, что отваливается хвост.

Судорожно принялся вводить на панели поисковый запрос.

До места, на которое указывал энколион, оставалась пара десятков километров.

Переулки были пусты – все до одного. Планеты, вступившие в Конфедерацию, вводили комендантский час.

Зато за пылающими окнами домов виднелись силуэты людей, которые расслаблялись вовсю – пить и развлекаться в пределах стен собственного дома никто не мешал. Формальный закон о том, что нельзя мешать соседям по ночам, никто не собирался соблюдать.

Если бы у Ровеналя была парочка свободных пальцев, он бы их скрестил. Но вместо этого оставалось лишь бормотать забытые всеми молитвы Звёздным Ветрам.

Наконец впереди показались внешние стены комплекса зданий, отмеченного на навигаторе как «Посольство Гестора».

Оставалось не вписаться в них.

В последний раз поднять корабль вверх.

Перескочить…

И можно падать на траву.

Отключив двигатели.

Так, чтобы не случился взрыв.

Ровеналь протяжно выдохнул и, не давая себе расслабиться, стал отстёгивать ремни.

Одной рукой перехватил огнетушитель, скрытый под панелью управления, и, поднявшись, дал залп пеной по пылающему хвосту.

Механизм, открывающий кабину, заело, и пришлось приложить усилия, чтобы его открыть.

Тут-то Ровеналь и заметил, что при любом движении плечо пронзает боль.

«Ничего, - успокоил он себя. - Осталось чуть-чуть».