Госпожа Ректор

Давненько никто не приходил незваным в ее спальню. Да и званым тоже. Честно говоря, не было их, званых. Как на грех, в ее памяти жил, только один человек, которого она рада была видеть. Но где он, и где она?

Да и со спальнями уже давно было покончено. Квини, как и Володя, вся отдалась науке, которая в этом мире, на планете Латония, называлась теоретической магией.

Неожиданно шорох, потревожавший сон женщины, и чьи-то тихие шаги прекратились, будто их и не было.

Квини, которая на всякий случай сидела, спустив ноги с кровати и готовясь бежать, если что, осторожно зажгла прикроватную лампу. Спальня осветилась мягким светом, от которого тени сразу разбежались по углам.

К своему удивлению, и что там, к своей затаенной радости, женщина увидела прямо посередине комнаты аккуратный пакет. Желтый, и с крупной надписью “Билла”.

Ее сердце билось как сумасшедшее, и предчувствие праздника затопило ее целиком.

– Вовка! Это Вовка… Он не забыл, он помнит...

И Квини почувствовала себя совсем молодой, юной девушкой, которая необычным образом попала на Землю и познакомилась, мы помним, с тем непонятным существом, которое оказалось мужчиной с трехдневной щетиной.

Она притянула к себе поближе пакет, присела на корточки и начала доставать вещи, складывая их прямо на пол. Увидев черные джинсы, она воровато огляделась, и прямо тут, не сходя с места, натянула на себя когда-то полюбившуюся одежду.

Ночнушку завязала узлом на поясе, и, как девочка, стала вертеться перед зеркалом, которое отразило ее довольную физиономию с распущенными по плечам черными волосами, в которых до сих пор не было ни единого седого волоса.

Глаза женщины заблестели от слез, которые того и гляди были готовы выкатиться из глаз. Она прижала руки к груди, пытаясь успокоить тот водоворот чувств, который налетел и закружил, налетел и закружил, и опять унес ее в воспоминания о тех годах.