Госпожа Ректор

Леони, которую жизнь ещё не научила носить маски, и менять их по мере необходимости, шла понурив голову. 

Ребёнок предчувствовал, что головомойки ему не избежать. И ладно бы, просто головомойки, так ведь, похоже, её шалость будет иметь весьма серьёзные последствия. Уж профитролей она точно не получит. 

Леди Квинния, ректор Лонельской Академии эмпатов, открыла дверь в кондитерскую и вошла с видом строгим, независимым и одновременно доброжелательным. 

Она крепко держала девочку за руку, и тихонько, незаметно её пожала, тем самым желая хоть немного ободрить внучку.

Это отчасти помогло, и Леони подняла голову повыше. Но глаза её были на мокром месте, а уж когда она увидела взволнованное лицо мамочки, так слезы сами покатились из глаз. 

–Мамочка… Мамочка, прости меня! Просто я… – тут Леони совсем разрыдалась, а Тася, её мама, наплевав на всю педагогику, сорвалась с места, и, подбежав, обняла дочку и сама чуть не заплакала. 

Лорд Кивали Сияющий, который тоже едва не кинулся к дочери, все же неимоверным напряжением воли заставив себя остаться за столиком, смотрел на них с таким обожанием и любовью, что леди Квинния сама чуть не заплакала.

Хорошо ещё, что дам, жаждущих вкусить чудесных сладостей, вокруг не наблюдалось. 

Заведение практически закрывалось, а леди предпочитали угощаться от его щедрот в первой половине дня, для лучшего, как говорится, метаболизма.

Надо помогать организму справляться с такими, вот совершенно ненужными, лишними килограммами. И на такую заботу организм ответит, без сомнения, может быть, и не резким, но уменьшением оных. 

Может быть, и здравый смысл, или, что гораздо вероятнее, заметное уменьшение семейного бюджета, требовало искать нового подхода к сохранению, а, в некоторых случаях, и преобразованию фигуры.

Как бы то ни было, а, к счастью, дам в заведении не наблюдалось. Исключая, конечно, сети Ротану.

Но сети Ротана, это же совсем другое дело!

Являясь хозяйкой весьма прибыльного заведения, сети Ротана, женщина в летах, несмотря на постоянное пребывание среди сладостей всех мастей, оставалась в совершенно шикарной форме.