400 страниц моей любви

Эйфория начинает отпускать, и становится та-а-ак стыдно... А всему виной те далекие воспоминания о былой жизни, хотя я все чаще уже сомневаюсь, была ли она, или все это слишком яркий и насыщенный эмоциями сон? И вот я лежу на мужчине, уткнулась лицом в его плечо и боюсь отстраниться, страшась того, что он теперь думает обо мне. Однозначно, что я распущенная особа. Увы, судя по моему поведению, это действительно так. Да что уж тут скрывать? Это было божественно. И ему, кажется, тоже все нравилось в процессе.

Еще и этот браслет. Зачем он надел его? Ведь теперь мы связаны на всю жизнь.

— Сработало, — выдохнул мне на ухо Поль, и я аж подскочила, отчего все внизу пронзила резкая волна боли. — Смотри, — он указал взглядом на мое предплечье.

Глянула и замерла. Я ведь точно помнила, что...

— Он был прозрачно-голубым...— выдохнула я вслух.

— А теперь алый, — почему-то счастливо улыбаясь, известил...

Вот и кем мы теперь друг другу приходимся? Любовниками? Хотя нет, супругами? Бред какой-то.

— Жена, — глядя мне в глаза, произнес словно подслушавший мои мысли Поль. — Это не просто брачный браслет, а семейный артефакт, — добавил он, будто эти слова могли мне что-то пояснить.

— И?

— И он признал, что ты моя пара. А я — твоя, — он приподнял свою руку, и я только сейчас заметила, что на его предплечье имеется аналогичный браслет.

За этим последовал полный нежности поцелуй, и я на миг испугалась, что сейчас все продолжится, а судя по саднящим ощущениям, мое тело к подобному было совершенно не готово.

Тут же пришло спасение — раздался тихий стук в дверь, а затем голос все той же служанки, которая вчера провожала меня до столовой:

— Литэ Камилла, вас ждут на завтрак.

— У-у-у... — простонал Поль, — эта не отстанет.

Он поднялся с постели и, обернувшись простыней, пошел открывать дверь, а я, не сдержавшись, облегченно вздохнула, осознав, что продолжения не последует.

— Ой! — увидев, кто именно ее впустил в комнату, пискнула девушка, и тут же потупив взгляд, пробормотала: — Простите, миор, я не знала...

— Теперь знаешь, — делая акцент на первом слове, ответил ей Поль. — Передай, что мы не придем, и принеси нам еды.

— Но все ждут... — с просительными нотками протянула она.

— Все? — в голосе Поля отчетливо прозвучало раздражение.

— Ну... — замялась служанка.

— Сейла там? — не унимался Поль.