Две жизни Алессы Коэн

И вот наконец наступает момент, когда Гвеллан приводит в действие очередной механизм, что-то щелкает у нас над головами, архимаг толкает крышку люка — и нас обступают тьма и гулкая тишина.

— Храм Святого Влахерна. Мы прошли дорогой Древних, Лесса, — шепчет Гвеллан чуть ли не с благоговением. — Мы у цели. Идем. Нам всего пара кварталов до королевского дворца.

Глава 47. Лазутчики

Я озираюсь, стараясь ступать бесшумно: звук наших шагов под сводами древнего храма кажется едва ли не святотатством. Глаза постепенно привыкают к темноте, и я различаю, что нас со всех сторон окружают продолговатые каменные ящики, и только сейчас осознаю, что это надгробия.

И то, что я приняла за люк, на самом деле было крышкой одного из резных гробов. Да, Древние были изобретательны во всем... Меня передергивает от отвращения, но я тут же успокаиваю себя — тот каменный ящик, через который мы сюда попали, был пуст, а значит, мы никого не потревожили. И вообще, нам следует опасаться живых, а не мертвых.

— Сейчас ночь, здесь никого нет, — успокаивает меня Гвеллан, словно подслушав мои мысли.

Но ведь усыпальницы часто располагаются в подземной части храмов — откуда у него эта уверенность?

— Откуда ты знаешь? Разве можно различать время под землей?

— Конечно.

Для него это нечто само собой разумеющееся, это я постоянно забываю о том, что нахожусь рядом с одним из сильнейших магов королевства. Пусть атрибуты его власти спрятаны в заплечном мешке и из-за широкого плеча виднеется только навершие посоха, но Гвеллан не нуждается в вещественных доказательствах собственного могущества.

Сила — пьянящая, необузданная, свободная — исходит от него волнами. Он поспешно прикладывает ладонь к груди, его губы беззвучно шевелятся — и поток магии словно обрывается, скрываясь от посторонних.

— Теперь ты.

Легкий, едва заметный жест в мою сторону — и я чувствую, как рвутся невидимые нити: ощущение золотистого мягкого тепла больше не окутывает меня. Оно стало таким привычным за эти дни, и сменившая его пустота меня пугает.

— Я приглушил свой дар и блокировал твой, не бойся, — поясняет он. — Нас не должны обнаружить раньше, чем это станет неизбежным.

— Ты... ты... зачем?

Я знаю, великой волшебницы из меня не вышло, но, даже обладая крохами магии, я могла бы помочь ему. А теперь? Что, если что-то пойдет не так?

— Все, кто знают тебя, уверены, что ты полностью лишена колдовской силы. Пусть это так и останется. Порой чужое неведение можно обратить в свою пользу. Ты — наше тайное оружие.