Роса со вкусом печали

— Как ты смеешь спорить с нами! — пытался быть грозным и юный Бог Войны — Мы боги, а ты простой генерал! Нам все можно! Захотим — и выпустим пленников! Ты нам даже ничего сделать не сможешь! А мы тебя сожжем, если пожелаем!

— Я доложу царю! — так же твердо сказал генерал.

У решетки, не выходя из пещеры, появилась Марина.

— Мы останемся тут! Нам все равно, некуда идти! — крикнула она.

— Ты дура, что ли? Убегай, пока можно! — ответил ей Влад.

— Нас сразу поймают. Мы остаемся! Уходите! — сказала Марина — Уходите! — крикнула она и топнула ногой.

Владан и Борич переглянулись, Влад пожал плечами, они отошли от пещеры, но не ушли.

***

На столе, перед Владом и Аленой, начатая бутылка и две пустых.

— Господин, почему Вас называют психом? — спросила девушка, удивляясь тому, сколько, и как быстро Влад пил. Она сама едва осилила два бокала, но уже захмелела — вино было старым и крепким.

— Не могу контролировать... э-ээ... гнев. Да! Не умею сдерживаться. Жизнь у меня не сахар. Не легко быть Богом Смерти! — пожаловался Владан — Самое тяжелое — души умерших переводить в Навь.

Никак привыкнуть не могу. Я чувствую их всех. Проживаю, за несколько мгновений, всю их жизнь. И чувствую то, что и они, в момент смерти. У некоторых такая жизнь тяжелая! А смерть бывает очень страшной. Вот смотри! Маринка — Богиня Холода, ее сестра — Богиня Лета. По сути, они бесполезны. Не будет их — все равно, и зима, и лето наступят. А без меня никак. Люди, конечно, будут умирать, но их души так и останутся болтаться, между небом и землей. Поэтому, я сильный. Для такой работы нужны силы!

— Ясыня говорит, что вы добрый, и жалеете умерших, сочувствуете им! — сплетничала Алена.

— Я добрый? — удивился Влад и засмеялся — Глупая птица! Несет чушь, как обычно! Я никого не жалею, и никому не сочувствую. Придумают же!

Девушка поняла, что Влад врет, потому что, говоря это, он отвел взгляд и рассматривал потолок.

— А Ясыне помогаю, потому что в детстве она развлекала меня сказками и легендами! — добавил он.

"Похоже, в Облачном царстве быть добрым — стать позорищем и посмешищем" — подумала Алена.

— Еще говорят, вам почитатели дары чаще приносят, чем другим богам! — продолжила она.

— Какие почитатели! Три калеки... Нас для людей, как бы, и нет. Не существуем мы, древние боги, коих люди называют языческими. Для них мы не существуем. Но, так то, да! Посвященные — мои люди. И Борича это бесит. У него, вообще, поклонников нет.

— Простите, господин, но... Говорят, что Посвященные людей убивают.