Роса со вкусом печали

— Волхов, говоришь?

Агния достала из шкатулки серьги, подержала, положила обратно, потом вынула цепочку с кулоном — ее душила жаба. Анюта же, затаив дыхание, жадным взглядом следила за ее рукой. Агния, вздохнув, достала из шкатулки бусы, и отдала служанке.

— Спасибо! — скрывая разочарование, сказала Анюта.

— Иди, примеряй! — махнула ей хозяйка.

— Ага! — ответила Анюта и убежала.

— Где же ты, Аленка? Жива ли? — вздохнула Агния.

***

Влад и Алена, которую он держал за руку, стояли на вершине горы, над пропастью, у самого края.

— Я тебя отпускаю! — сказал Владан, и столкнул девушку с края обрыва.

Глава 4

Алена не упала, а оказалась в парке, том же, откуда Влад ее забрал, что бы скинуть вниз. Она стояла, уцепившись за плечи Владана, и прижавшись лицом к его груди, а он обнимал ее за спину.

— Я тебя поймал! Не хочу, пока отпускать! — произнес Влад.

Марина стоя за деревьями, смотрела на них.

Наконец, Алена освободилась.

— Как так, можно? — прошептала она — Обращаться с человеком, как с игрушкой!

— Я бог! Мне все можно! Ты понимаешь? Перед тобой — бог! — произнес Владан.

***

По обычному городскому двору, окруженному пятиэтажками, шла женщина, лет сорока, довольно симпатичная, но потерянно-печальная, и несла пластиковый пакет, на вид тяжелый.

— Здравствуйте, Ольга! Давайте, помогу! — сказал он.

— Здравствуйте! — ответила женщина и остановилась.

Богдан забрал у нее пакет, и они пошли рядом.

— У моего сыночка, сегодня День рождения! — произнесла женщина — Наготовила всего, что он любит, сейчас стол накрою, и буду ждать. Может быть, именно сегодня, он и вернется. Захочет вкусненького, и вернется!

— Обязательно вернется! Не сегодня, так завтра, или, в любой другой день!

— Вас ведь тоже, Богданом зовут, как и моего сына?

— Ага! Богданом.

— У меня борщ наварен. Он очень любил! Пойдемте, покушаете!

— С удовольствием! Я тоже борщ люблю! - радостно воскликнул парень.

— Вы его знали, моего мальчика?

— Конечно! Я раньше, тоже в этом доме жил!

Они зашли в подъезд.

…Богдан ел, сидя за обеденным столом, на обычной "хрущевской" кухне, небогатой, чистенькой и уютной. Ел жадно, с удовольствием, но при этом, поглядывал на Ольгу, сидящую рядом.