Роса со вкусом печали

…Безобразная старуха, с тревогой на морщинистом лице, пригорбившись, и сильно хромая, вошла в детскую, подошла к кроватке, на которой спал младенец.

— С тобой все хорошо, моя ласточка?

Старуха наклонилась над ребенком, он открыл глаза и заплакал.

Святогор-Тиша, уже не в богатырской, а в обычной, современной одежде, вошел в детскую и остановился, смотря на плачущую старуху, сидящую на полу, у кроватки ребенка. Ребенок тоже плакал.

Тиша подошел к кроватке.

— Ты кто? — спросил он старуху.

Святогор взял младенца на руки, покачал, ребенок успокоился и замолчал.

— Я это, Тиша, Агния! — ответила старуха — Смотри, что со мной Марина сделала! — и показала морщинистые руки.

Тиша, осторожно, положил ребенка обратно в кроватку, сел рядом со старухой и обнял. Он сразу, без вопросов поверил ей. Он знал, чувствовал, что это его госпожа. Агния уткнулась в лицом ему грудь:

— Тишенька, что теперь делать-то?

— Что ж поделаешь! — богатырь погладил ее по голове — Будем жить как жили. Ты, только, не волнуйся!

***

Алена сидела, кутаясь в одеяло — она похудела, волосы стали грязные и спутанные.

....На улице лежал снег. Березка стояла голая, без листьев. Алена очень худая, волосы совсем спутались — она стала похожа на безобразную старуху.

К решетке подошел Ден, поставил в камеру, возле двери, суп в миске, и большую кружку с чаем. От миски и кружки шел пар. Алена, на коленях, подползла к решетке и взяла кружку, что бы погреть об нее красные руки с плохо слушающимися, от холода, пальцами.

...Алена лежала на одеялах, лицо красное, на лбу капли пота. В камеру вошла Ясыня, за ней возник Ден, и поставил у стены светильник.

Узница металась и бредила.

—Богдан...— шептала она — мама...

Ясыня потрогала рукой лоб Алены, посмотрела на Дена. Данко провел рукой у головы Алены, затем вдоль тела. Ясыня села рядом, обняла ее, и укутала своими перьями.

Алене снился сон.

Она, маленькая девочка, лежит на облаках, облака мягкие, от них исходит тепло, а рядом мама, она, ласково улыбаясь, гладит Алену по голове и укутывает облаком, как одеялом.

— Спи, моя девочка, — ласково говорила мама — и выздоравливай!

— Мамочка...Ты вернулась...— улыбнулась Алена и спросила — А Богдан, он с тобой?

— Его здесь нет, — ответила мама — он ждет тебя дома...

...Алена, лежа на одеялах, смотрела на улицу, сквозь решетку, на расплывающиеся зеленые пятна. Она вгляделась в них, щурясь.

На улице, на березке, зеленые листья.