Сорцерий. Книга III. Вендетта.

Август в ней, в ее мыслях и снах, но и Александра не меньше, и за все это гложет вина. Если бы она только могла примириться с собой, если бы могла позволить себе предать выбранную любовь, но она утонула во лжи и перестала понимать, как вылезти из гнилого болота. По совести нужно прекратить общение с принцем, но без него невозможно и жизни представить. К нему тянет, к нему ведет сердце, и эта ужасная духовная измена превратилась в неподъемный для души груз. Нельзя предавать выбранную любовь! И если добровольно оставить чувства к Августу невозможно, значит, нужно избавиться от них навсегда силой.

По-прежнему хмурая Лилиан ожидала ответа, возможно склоки, но взгляд Алисы безмолвно просил о прощении. Покровительница понимала, что эльф пыталась достучаться до нее вопреки собственным интересам. Лилиан любит Августа, но готова делать для него то, что разобьет ее собственное сердце. Как же великодушна эльф и как же ужасна Алиса! Покровительница стиснула зубы.

— Ты права, я его не достойна. Я исчезну из его и твоей жизни.

— Ты что удумала, Лопоухая?

— Попробуй, — Алиса вручила коробку со штруделем Лилиан, — очень вкусно!

Поникшая, покровительница без объяснений поспешила оседлать фелиса и торопливо покинула друзей.

— Куда это она? — обеспокоенно обратился к эльфу с вопросом Адам.

— Кто же ее знает, эту сумасбродку…

— Вы о чем говорили?

— О твоем чрезмерном любопытстве! — Лилиан отвернулась и зашагала к дому.

Путь Алисы лег в королевство Аструм, где в граничащем лесу скрывался дом всеведущей ведьмы.

Невзирая на ночь, дверь, как и прежде, оставалась открытой настежь. Алиса постучалась и, получив приглашение, вошла в дом. На огне бурлил котелок с зельем, на столе рядами стояли подготовленные под варево пузырьки. Алиса внимательно осмотрелась — сейчас Эвелины здесь нет.

— Неожиданный визит. Да еще и в столь поздний час… Что тебя привело?

— Говорят, вы все можете…

— Все да не все.

— А от любви избавить можете?

— Любви? — Виктория прищурилась и ухмыльнулась: — Если любовь мешает, значит, лишь крепнет. К чему от любви избавляться? Неразделенная или, может, запретная? — Алиса покраснела и опустила глаза. Ведьма снова ухмыльнулась. – Влюбилась в принца, что с тобой приходил? И любовь столь велика, что ты хочешь от нее избавиться?

— Если бы я и правда любила, то не пришла искать от него свободы.