Сорцерий. Книга III. Вендетта.

Я должен найти черную ведьму и убить!

— Ты знаешь, я с тобой до конца — пойду, куда скажешь. Однако я убежден, если ты обратишься к Юноне, она почувствует и сможет отыскать колдунью.

— Не сможет, я не пущу ее в столь далекие воспоминания. Не старайся, друг, я не приду к Юноне, пока не сделаю то, что должен.

Адам выпустил из груди дрожащий воздух и, резко развернувшись, пошел прочь от светлого дома волшебницы. Август проводил друга взглядом. Принц чувствовал тяжесть, что скрывалась внутри колдуна. Он хотел бы помочь другу, но не знал как.

Адаму нужно простить себя.

Стоило друзьям отвести глаза от Юноны, как она тут же повернула голову в их сторону. Лицо ее стало несчастным, душа разрывалась от сдержанных слез. Юнона знала, что Адам приходил, находился так близко и все же ушел. Она не видела его, она его чувствовала. Не так, как волшебница или провидица, а как только мать может чувствовать свое дитя, даже если она не была матерью по крови.

Август направился к Юноне. Он шел, чтобы задать волнующий вопрос: «счастлива ли Алиса?».

И если в ответ он услышит «нет», то пройдет сквозь миры, чтобы сделать ее счастливой, попытается что-нибудь изменить. Август сорвал нежный лесной цветок, что повстречался на пути. Конечно, это не послужит утешением, но и Адам, и Юнона были принцу по-своему дороги, он переживал за обоих. Услышав шаги, волшебница обернулась с улыбкой и протянула руку к цветку, точно зрячая.

— Август, не нужно обо мне беспокоиться, — Юнона указала сесть подле на скамье.

— Адаму нужно время.

— Ты все знаешь… — Где-то в глубине души принц надеялся, что волшебница о визите сына не ведала.

— Знаю. Ему не просто… Ему никогда не было просто.

— Как я могу помочь Адаму? Тебе? Как подарить сердцам вашим покой?

Юнона замолчала и опустила голову. Она обхватила руку принца и погладила с сожалением:

— Тебе бы самому унять боль сердечную. Август, тебе должно встретиться с Алисой и сказать обо всем вслух, без утайки. И это я тебе не как провидица говорю.

— Есть ли у меня право нарушить ее покой?

— Ей неспокойно… Она остановила ход своей жизни.

— Что это значит?

— Алиса отдалась горю и перестала существовать. Спаси ее, Август! Верни Алису в Сорцерий.

— Но она ушла в Калпсиз, она не хочет быть здесь. Разве Сорцерий не разбередит ее раны еще больше? Почему не оставить ей право находиться по ту сторону?

— Потому что ты любишь ее! Любовь не только величайшая из магий, любовь еще и лучшее лекарство.