Сорцерий. Книга III. Вендетта.

К членам ордена подошли три зеленых медведя и склонились, приглашая сесть на спину.

— Неплохо, — отметила Адриана.

Виктор заметил за деревьями бредущего стража Виктории. Бездушная марионетка принюхивалась к запаху обнаруженной магии, определяла происхождение и степень дозволенности. Виктор подбежал к стражу, обхватил голову с птичьим ликом, заглянул в глаза-кристаллы:

— Я знаю, ты меня слышишь, ты меня чувствуешь! Через три дня я буду ждать у «начала начал», чтобы покончить с тобой навсегда! Три дня! — повторил Виктор.

Он отступил на шаг, раскрыл ладонь и заставил появиться жаркое пламя. Огонь, точно змей, бросился на стража, овил и поглотил. Когда марионетка попыталась распутать ветви и ударить Виктора, тот схватился за колбу и страж запутался в собственных переплетениях. Виктор вскинул руку, и древесное тело послушно расщепилось. В бурном пламени щепа сгорела мгновенно. Покончив со стражем ведьмы, Виктор запрыгнул на спину созданного им творения.

— Возвращаемся в логово.

Медведи доставили членов ордена в нишу Зеленой Горы королевства Белый Дракон. В землянке Лилиан снова привязали к массивному стулу и ввели очередную дозу зелья. Виктор принял сделанное Бонулом оружие и отправился в путь. Ему предстояло преодолеть расстояние до королевства Иджис и самому пройти сквозь туман погребенного под водой Лунного Леса. Адриана и Разрушитель отправились следом, но по иному пути, чтобы быть в нужный час рядом с Виктором, на подхвате.

Веста распределяла созданные Бонулом украшения по мешочкам и укладывала в большую сумку. Она потеряла счет времени и забыла опоить Лилиан очередной дозой зелья. Эльф начала приходить в сознание. Перед глазами ее картинка несколько размывалась, мысли терялись, но Лилиан складывала информацию воедино и старалась понять все, что уже случилось и что происходит сейчас.

— Ты все помнишь? — обратилась Веста к Лафарду, что занимался тем же распределением.

— Да, да, — неуверенно отозвался он. — Детям — бусы, взрослым — кольца. Не более десяти украшений на поселение.

— А я верю, что у Виктора все получится, — вставил слово Бонул, — и нам не придется разносить по Сорцерию дурную весть и слабую, бесполезную помощь в виде моих украшений…

— Это лучше, чем ничего, — заметил Лафард.

— Ох, не знаю, что сможет Виктор… — вздохнула Веста.