Долина смотрящих. Книга вторая: ...и теряя - обретаем

Это довольно скромный, по местным меркам, дом. Просто хорошо обставленный. Идём, чего покажу.

Тали распахнула двери, и мы вышли в коридор, который, петляя, вывел нас в небольшой сад, с правильным круглым озерцом посередине, геометрически точно разбитыми дорожками и аккуратно подстриженными кустарниками. На берегу водоёма, засунув головы под крылья, спали два белых лебедя.

-Нравится? –Талея выжидательно смотрела на оторопевшего Юждана.

-Тали, ты что, решила подарить нам особняк?

-Конечно. Ты же хотел пожить в Париже, помнишь? А тут такой милый домик на продажу выставили, я и подумала: зачем тянуть? А то ведь купят его и будешь снимать какую-нибудь лачугу на окраине.

Мы стояли и не верили своим глазам. Флёр вообще, по-моему, обо всём забыла, прижав к груди руки и с восторгом глядя на садик.

-Талея, ты с ума сошла! –Наконец выдавил из себя Юждан. –Это огромная растрата, так нельзя.

-Для меня нет ничего важнее, чем твоё счастье. Когда я увидела, что ты готов измениться, я сразу же начала искать тебе такой подарок и то, что мне удалось найти его так скоро было ещё одним доказательством тому, что я была права. А уж когда ты поведал мне сегодня о новостях, я ещё и убедилась в своевременности своей покупки. Так, что располагайтесь, живите и приглашайте в гости.

Юждан коснулся рукой её щеки и улыбнулся:

-Ну что бы я делал без тебя, любимая моя подруга!

Глава 11

Колючий белый ураган закончился так же быстро, как и начался. Король осмотрелся и увидел, что кругом всё было так же бело, свет солнца отражался от простиравшегося до горизонта пушистого белого покрова, заставляя чувствительные глаза мутнеть и слезиться.

-Саргамиона! –Он подбежал к перепуганной жене, прижимающей к груди притихшего младенца. –Дорогая, вы живы?

-Живы, кажется.

-Я не знаю. Тут очень холодно, закутай маленького получше, вот, возьми. –Король снял с плеч драгоценную меховую мантию и подал жене. –Сама укройся и его укрой.

Мансьяртен выпрямился и осмотрелся. Перепуганные насмерть гримагатоны сбились в тесную кучку и боялись даже плакать, с ужасом глядя вокруг. Их было совсем мало: его дочь с фрейлиной, фрейлина жены, два стража и Саргамиона с младенцем на руках.