Легенда о Тёмной Принцессе. Том 2

Но становилось понятно, почему Виктор выбрал именно её. Такая отдача заставляла раскрываться перед ней, делая тебя самого уязвимым. Наверняка он надеялся, что сможет заставить Камелию хотя бы часть своих переживаний перекладывать на плечи кого-то, кто умел слушать.

- Дмитрий, мне так жаль… Мне правда, очень и очень жаль.

- Всё хорошо, Эви, пожалуйста, не плачь. Это было давно и всё уже наладилось.

Краешком рукава Эви вытерла слёзы.

- Но всё же… ты не раскрываешь перед ней своих чувств. Ты продолжаешь скрывать их, даже сейчас.

Почему?

- Я говорил ей о них. В этой жизни. Но она к этому не была готова и думаю, не готова до сих пор. Ей удобно не замечать их, оставлять всё как есть. Она относится ко мне практически как к Маркусу.

- Ты сам виноват в этом. Ты ведёшь себя с ней, как наставник с ученицей. Она девушка, Дмитрий.

Он покачал головой:

- Я уже был неосторожен с ней в прошлом. Однажды я дал слабину, в академии. Видела бы ты её лицо, как она тогда посмотрела на меня… Меньше всего на свете я хотел бы, чтобы такое повторилось.

Теперь я буду аккуратнее. Я просто не могу пока нащупать нужную грань. Иногда она может совершенно не замечать меня, а порой смущается просто от обычной телепортации со мной. Но у меня много времени в запасе и я теперь научился терпению.

Эви усмехнулась такой самоуверенности:

- Как бы потом не было поздно.

- Не думаю. Сейчас она слишком увлечена этим делом.

Был черёд Эви, качать головой. Каждый из них остался при своём мнении той ночью.

На утро Эви рассчитывала посвятить день тренировкам, но её планы были сорваны совершенно неожиданным образом. После завтрака, убирая со стола тарелки, она не заметила как сзади бесшумно подобралась Лая. Две тонкие, смуглые руки обняли её и прямо над ухом, горячим дыханием было произнесено: “Эванджелина…”. Девушка попыталась выскользнуть из внезапных объятий, но нежные руки внезапно стали жёсткими как сталь, из ниоткуда показался треугольный кончик чёрного хвоста черта и провёл по её щеке.

После этого Лайора отпустила её, оперлась на стол справа и улыбнулась самой хищной улыбкой.

- Я тут присматривалась к тебе пару дней и кажется, будто бы все заняты делами, а ты лишь под ногами мешаешься, тебе так не кажется?

Это было больно, неприятно, обидно, в конце концов оскорбительно. Но от такой наглости было сложно быстро оправиться, к такому Эви не привыкла, да ещё и слова пронзительно били по самому больному.