Дом быта в Аду

Любуясь аккуратно затянутым на колодки верхом моих будущих туфелек, я вздохнула, стянула с плеч возникший вместе со всеми обновлениями халат и с сожалением покинула мастерскую.

Я шагала по коридору, когда по всему дому разнесся отчетливый перезвон колокольчиков. Спохватившись, я побежала к лестнице и поскорее спустилась вниз, но Нелли в холле не обнаружила. Не было банши и в ее собственном кабинете. Чертыхнувшись, я поспешила к Кону и едва не споткнулась от попавшегося под ноги грима.

— Ах ты!.. — выдохнула я, едва не падая на ступеньки боком, но успела ухватиться за столбик перил.

Грим с зевком потерся о мою ногу, не испытывая ни капли раскаяния, а потом перевел взгляд на двери, и я без подсказок поняла, что через миг в дом быта кто-то войдет. Но, удивляясь самой себе, не двинулась с места. Сердце, подскочив к горлу, судорожно заколотилось.

Дверь открылась. За стуком сердца я не различила скрипа петель и щелчка откинувшегося изнутри запора. Я не выпрямилась, а потому первыми в поле моего зрения возникли ноги в узких черных брюках и начищенных черных туфлях. Самые обычные туфли. Разве что аккуратные и новые. И брюки самые обычные, с четкими стрелками. Но, не поднимая головы, я мгновенно поняла, кто передо мной.

Нелли сказала, что я мигом пойму, если увижу начальника. Так и вышло. Я всем существом ощущала, что передо мной кто-то очень сильный и очень опасный.

Передо мной был демон. Очень сильный. Подавляюще сильный. От осознания холодок пробегал по спине, хотелось спрятаться, но вместо этого я очень медленно распрямилась и поправила очки на носу. Скользнула взглядом по черному костюму и накинутому на плечи темно-зеленому пальто и замерла, не видя ничего, кроме глаз демона.

— Господин Янус! — чуть нервно воскликнула Нелли, сбегая к нам по лестнице. — Вы здесь!

Банши быстро обогнула меня и стала так, чтобы частично прикрыть собой, но не сделать это слишком явно. Демон не обратил на девушку внимания, лишь моргнул и почесал за ухом перекинувшегося в пса грима.

Этого мгновения мне хватило, чтобы в голове пронеслась судорожная и нелепая в своей неважности мысль: у него очки сломаны! Очки, и правда, были странные.