Сила волшебства

Итак, он шел по архиву, где каждая вещь хранила в себе память о минувшем. Как и в любом другом хранилище, стены от пола до потолка были увешаны полками, заставлены стеллажами, а сам архив был огромным.

Наконец-то он добрался до нужного стеллажа, с помощью лестницы добрался до нужной полки и взял в руки шкатулку, выполненную в форме деревянного ларца. И тут же воздух в хранилище зашевелился. Но мага это не остановило — он намеревался открыть шкатулку и прочитать касанием пальцев вещи, что хранились внутри.

Но он боялся... боялся того, что окажется внутри.

Хотя, он знал что внутри — его собственный портрет, когда он был непростительно юным. И эта вещица хранила в себе многое — все мысли и поступки своей хозяйки, а еще её чувства. К нему... Они и наполняли этот медальон. Он глубоко вздохнул и расстегнул замок шкатулки, откинул крышку и вытащил на свет божий медальон на цепочке.

Аурэлис носила его не снимая почти всю свою жизнь с того самого дня, когда он подарил его ей.

Аурэлис...

«Аурэлис... Только ты одна во всем виновата, — мимолетно подумал Анджэй. — И только ты одна можешь все исправить... Но тебя уже нет в живых... Но где-то есть на свете твоя дочь».

Анджэй за этим сюда и пришел — за последними воспоминаниями Аурэлис. И он знал, что бессилен изменить то, что произошло много-много лет назад, он может лишь наблюдать за событиями прошлого со стороны.

Видение дрожало и колыхалось, словно воздух в сильный зной, а Анджэй впитывал в себя последние секунды жизни Аурэлис.

А потом маг опустил амулет обратно в шкатулку — он узнал много, довольно много... Оставалось надеяться, что за короткое время ему удастся по крупицам собрать всю информацию о дочери Аурэлис.

Глава 4

День медленно тянулся. Как каучук. А приют давно остался позади. Унылые однообразные пейзажи за зашторенными окнами экипажа сменялись один за другим.

К вечеру местность затянулась туманом, в которой мелькали какие-то тени. Рута задремала, прислонившись щекой к стенке кареты. Но не заметила, как крепко заснула, а проснулась оттого, что какой-то перезвон ворвался в её сон.