Тала. Третья сторона

Только зачем она ему понадобилась? Она уже ничего не могла рассказать и не представляла для него опасности. Эта ситуация начинала злить ее: кто решил, что может играть с ней словно с тряпичной куклой, перекладывая с места на место?! Сначала нападение из-за писем порядчика, потом попытка убийства и теперь это! Наверное, сейчас Тала как никто другой желала раскрыть личность своего похитителя и убийцы драконицы.

Из темноты, царящей по ту сторону решетки, словно гром, раздался голос, эхом отразившийся от каменных стен и обретший от них силу:

– Ты не думала, что люди, как саранча, за свой короткий век стремятся побольше сожрать и наплодить потомство?

Девушка, оглушенная громким звуком, обернулась к провалу коридора, из которого неслышно появилась темная фигура мужчины.

Да, это оказался именно он: человек в сером. Тале не хватало света, чтобы разглядеть цвет его костюма, но его фигуру она хорошо помнила.

– О, да ты – великий философ, – усмехнулась девушка. – Что же тогда остальные расы? Наверное, что-то более высокое и разумное?

Что-то странное было с этим человеком.

Она напрягала зрение, но не могла уловить, что ее беспокоит в его внешнем виде.

– Нет, оборотни тоже – саранча, только живущая дольше и не способная так множиться. И первая саранча съела бы вторую, но она поглощает сама себя, разжигая войны и междоусобицы.

– Ты же – человек! Как можешь говорить такое о себе подобных?

Мужчина рассмеялся.

– Люди жадны, – он философски пожал плечами. – И я поступаю ничуть не хуже прочих.

Напротив! Чем больше будет контроля над единодушно всеми презираемой расой, тем свободнее им станет дышать. И оборотни, и люди скажут мне спасибо за это!

– Как ты собрался нас контролировать? – недоумевала его пленница.

Незнакомец подошел вплотную к решетке.

– Очень просто: я уничтожил возможность экспериментов с элементалями.

– Да, Хаокорн сказал, что это ты вытащил на свет эту информацию, но зачем? Звери все равно считают, что люди не могут ничего сделать!

– Девочка, звери тоже не говорят всего, – человек улыбался.

– Ну, хорошо. Ты хочешь контролировать всех, жажда власти, – в голосе девушки звучала ирония, – это понятно, об этом многие мечтают. Но причем тут я? Сыскарям уже и так все известно, что я знала. Ты опоздал.

– Меня не интересуют ваши сыскари! – резко повысил голос мужчина. – А вот ты… есть у меня на твой счет подозрения. И, знаешь, тут никак нельзя рисковать, – Тала нахмурилась, не понимая, о чем он ведет речь.