Мой любимый враг

Такое в моей жизни было всего раз – перед первым балом, когда старшие сестры принесли мне все свои платья, которые им уже стали малы. В итоге надела я все равно новое, заказанное мамой заранее.

Первое платье, протянутое мне Эрганом, понравилось мне больше всех остальных. Цвета лазурного неба плотная, но дышащая ткань, мялась при каждом движении, но сразу же приходила в форму. Само платье было интересного фасона – без рукавов, но с воротником, закрывающим шею, а юбка-фонарик едва доставала до колен.

Мне все еще казалось диким щеголять с открытыми ногами, но судя по всему, стоит привыкнуть, поэтому я выбрала это платье.

Вот только кто бы спросил моего мнения.

Эрган стянул его с меня через минуту, отбросил в сторону. Помог надеть другое – из темно-зеленого шелка. Фасон платья был простым, но элегантным. К этому наряду прилагались белоснежный шейный платок и шляпка с широкими полами.

Эрган окинул меня внимательным взглядом и удовлетворенно кивнул, я же почувствовала себя куклой, которую готовят на продажу, и это было так мерзко… Еще этот дурацкий платок! Девушки не носят их, не носят!

— Мне нравится, — безэмоционально бросила я, поправляя ткань в зоне декольте.

Ткань хотелось подтянуть повыше, но сделать этого не удалось, и, с ужасом рассматривая почти оголенную грудь, я захотела взвыть. Мода Дралаеса была не по мне.

— Ты очаровательна, правда. Не смотри на меня так, Амели! Что мне сделать, чтобы ты меня простила?

— Я тебя простила. А теперь позволь мне попросить девочек сделать мне прическу, я ведь не могу идти прямо так.

— Твои волосы прекрасны в любом виде, их нужно просто расчесать.

Мужчина достал щетку, не позволяя возразить ему, попросил сесть в кресло перед зеркалом. Темные локоны были слегка спутаны, и когда щетка коснулась их, я побоялась, что Эрган оставит меня без волос. Но он водил ею осторожно, пальцами медленно перебирал пряди, да так, что мне хотелось мурчать от удовольствия. На эти несколько минут я и правда его простила, но боль в глубине души никуда не делась.

Я смотрела на его лицо в отражении зеркала и корила себя за то, что позволила Эргану сделать со мной те ужасные вещи. Могла ведь воспротивиться? Если бы я тогда не повела себя, как перепуганный олененок, он бы…

Да ничего бы не изменилось. А винить себя за то, в чем не виновата – удел глупых и наивных. Меня же коробило при одной мысли о том, что я сейчас млею от прикосновений человека, который совсем недавно лишил меня чести.