Ведьма по распределению

Любопытно, как часто ты сюда строптивых девиц отправляешь? И как поживает Дебора?

При имени той девушке, которой не повезло быть моей предшественницей, Дэниель окончательно посерьезнел.

— А о чем вообще речь-то? — подал голос Эвотт, который даже не пытался сделать вид, будто не прислушивается к нашему обмену репликами. — Кто такая Дебора? И почему ты у этой цыпочки диплом грозишься отобрать? Разве она виновата в том, что ее отправили туда, где стихийник требуется? Это по шеям надо дать тому, кто распределением руководил.

— Дэниель и руководил, — поспешила я наябедничать дракону. — Видите ли, господин дракон, сей великий маг пользуется крайней непопулярностью среди женского пола. Вместо того, чтобы очаровывать и завоевывать, он предпочитает шантажировать и запугивать молоденьких девушек. 

— Это он тебя запугивал, что ли, и шантажировал? — изумился Эвотт.

— Ага, — подтвердила я, с немалым удовольствием глядя, как Дэниель хмурится все сильнее и сильнее. — Я имела наглость дать ему пощечину за непристойное предложение.

А он сослал меня сюда и…

— Ну хватит! — вдруг взорвался криком Дэниель и резко встал.

Правда, при этом его почему-то повело в сторону. 

Что это с ним? Как будто и сам хорошо выпил. Правда, на пьяного не похож. Говорит четко, запаха алкоголя я не чувствую.

— Слышишь, если это правда, то я крайне не одобряю твое поведение, — заявил Эвотт и раздраженно мотнул хвостом, ненароком сломав ближайшее дерево — аж щепки полетели в разные стороны. — Ты это… Расстроил меня, парень.

Парень? Нет, Дэниель, конечно, выглядит не старше тридцати, но наверняка ему гораздо больше.

Хотя…

С точки зрения драконов, которые живут тысячелетиями, мы все в каком-то смысле несмышленыши.

Дэниель несколько раз сжал и разжал кулаки. Затем повернулся ко мне — и я в очередной раз подивилась его бледности. В его лице, казалось, не осталось и кровинки. Скулы заострились, под глазами лежали тени усталости.

Да уж, когда я разговаривала с ним по амулету связи, он выглядел гораздо лучше. 

— Почему женщины так любят все усложнять? — мученически вопросил Дэниель, ни к кому, в сущности, не обращаясь.

— Ну нет у меня времени на всякие глупости в виде ухаживаний и прочей дребедени! Я предложил тебе неплохую сделку, Оливия. Ты мне нравишься. Ты симпатичная, умная, умеешь держать язык за зубами и точно не будешь болтать направо и налево о нашей связи, как Бретани. — При имени моей однокурсницы лицо Дэниеля исказилось, как будто у него резко заболели зубы.