Под дланью темного бога

Подскочил, прошелся по комнате. От ран, нанесенных Клейхедом, не осталось и следа. Пробудившийся свет исцелил их, но теперь света не было, только мрак. Принц вытянул вперед ладонь, и над ней заплясал темный огонек. Против света надо сражаться тьмой. А значит, чтобы обратить Клейхеда в пепел, нужно стать сильнее, овладеть тьмой. Себастьян решительно направился к двери Айра и постучал.

Никто не ответил. Нет дома? Что это за место, Бес так и не узнал. Все эти дни он выходил из комнаты только в уборную, а затем снова возвращался к призраку Ланы.

Теперь же он осторожно спустился по скрипучим ступенькам на второй этаж. Снизу доносились заунывные звуки музыки. Кто-то мучил гитарные струны. Нестройный хор голосов тянул такую же печальную песню. Кто вообще обитает в этом доме?

Принц спустился еще на несколько ступенек. И его заметили.

- Ты новенький? – снизу спросил какой-то мужчина. – Иди к нам, не бойся, парнишка, тут не обидят.

Себастьян удивился такому приему. Он спустился в общий зал – сейчас там было восемь мужчин и две женщины.

Все ели наваристую похлебку, только один терзал несчастные струны. Айра не было.

- Садись. – Его провожатый указал на свободное место. – Динка, дай мальчику похлебки.

- Сам возьмет, - фыркнула рыжеволосая Динка.

- Подашь, не обломишься, - рыкнул на нее мужчина, большой, как медведь. – Садись, парень, я сказал.

Себастьян занял место на лавке, Динка плюхнула перед ним миску с ароматной похлебкой, и принц вдруг понял, что голоден. Взялся за ложку и заработал челюстями.

- Как звать-то тебя? – поинтересовался мужчина.

- Бес, - привычно ответил принц, не задумываясь.

- Прозвище?

- Ага.

- А я Михась. Будем знакомы, малец.

И похлопал Себастьяна по плечу так, что тот едва не подавился.

- Ты ешь, ешь. Кто знает, что оно дальше будет? – вздохнул Михась, подпирая кулаком щеку. – Принцесса наша померла. Ты знал Лану?

- Знал, - тихо ответил Бес.

- Хорошая она была, добрая. Защиту этого места создала, нас всегда привечала. Айр черный ходит.

Того и гляди, где-нибудь попадется. За его голову дорого нынче дают.

- Почему? – удивился Себастьян.

- А в банк неудачно сунулся. Бывает, что уж там. Такова наша доля. Честно в Санторре живут только знаешь, кто?

- Кто?

- Собачьи блохи, - рассмеялся Михась, и люди за столом подхватили его смех. – А что? Ишши их бог честно жить не велел, храмовники народ в иго загнали, знать деньги с бедняков дерет, бедняки воруют. Вот тебе и весь расклад, малец.