Чуж чуженин

Раньше она бы осталась для княжны безликой тенью, лишь незаметно промелькнувшей и принесшей еду и тепло, но нынче Мстислава была вынуждена смотреть на неё, терпеть рядом с собой, замечать грубые загорелые руки и засаленный передник, испытывать на себе насмешливый снисходительный взор.

Мстиша сдержала закипевший гнев. Она находилась не в том положении, чтобы давать нраву волю. В памяти отдались язвительные слова помытчика и, превозмогая себя, девушка чуть склонила голову.

— Да вознаградит тебя Небесная Пряха, — с достоинством проговорила она.

От такой напыщенности брови служанки взлетели вверх, но, кажется, упоминание Богини удержало её от открытой ухмылки.

— Чудная ты. Говоришь как бобыня, да и, — она выразительно кивнула на Мстишу, не умея подобрать нужных слов, — сама из себя чудная. Откуда ты взялась такая? Я по первости думала, ты от поезжан, что вечор останавливались, с зазимским сокольником отлукнулась. — Её глаза озорно сверкнули любопытством.

Мстиша выпрямилась.

— А что же, он всё тут ещё? — спросила она, стараясь не выдать волнения.

— Тут, — кивнула служанка, — я ему в сеннике постелила. Надумал на торжище остаться, что в конце седмицы собирается. К нам со всех концов гости жалуют, хороший торг, знатный.

— Порознь мы, — отрезала Мстиша, насупившись. — Медынская я, тоже на торг приехала по господскому поручению.

— Как скажешь, — развела руками девушка, видя, что от странной гостьи больше ничего не добиться. — Ладно, некогда мне лясы с тобой точить, а то батюшка осерчает.

Когда служанка ушла, Мстиша привычно заперлась на засов и, задвинув дверь сундуком, задумчиво опустилась на расписную крышку.

Единственной живой душой, которую знала здесь Мстислава, был Нелюб. Более того, он догадался, что княжна пыталась сбежать в ту злосчастную ночь и, кажется, был из-за этого весьма невысокого мнения о ней. Как ни странно, это несколько облегчало душу Мстиши, потому что она могла не бояться упасть в его глазах.

Несмотря на всю строптивость зазимца, он явно не купался в богатстве. Мстислава с пренебрежительной усмешкой вспомнила его суровую заношенную рубаху и неказистую клячу. Если бы ей хватило ума правильно попросить, Нелюб принял бы награду.

Так почему бы не рассказать ему всё начистоту? Нелюб ведь и так знал, что она не хотела выходить за Ратмира. Он, в отличие от Мстиши, мог без опаски отправиться к Сновиду.