Отбор для (не)правильного принца

Сильно-сильно зажмурилась и позвала:

– Иди ко мне, рыбка…

Мгновение, другое, несколько ударов заполошно бьющегося сердца и… тишина.

Ничего.

Только плещется в реке вода.

Наверное, если бы я ещё была ребёнком, то почувствовала бы разочарование оттого, что чуда не случилось. Но, поскольку я уже была взрослым человеком, вошедшим в невестину пору, то испытала лишь облегчение с очень маленькой, совсем крохотной, почти незаметной толикой печали.

Я открыла глаза.

И замерла.

Поверхность воды приподнялась большим пузырём, на вершине которого восседала обнажённая женщина с рыбьим хвостом, переливавшимся золотистыми всполохами.

– Ну, чего тебе надобно? – недовольно вопросила женщина-рыбка.

И тут я отмерла. И, завизжав, что есть силы, бросилась наутёк. Всё ещё продолжая визжать, я рванула под сень редких деревьев. Стремясь оказаться как можно дальше от непонятного существа, я бежала со всех ног, совершенно не глядя по сторонам.

И напрасно.

Потому что взвившегося на дыбы жеребца я заметила лишь, когда его копыта оказались занесены над моей головой.

Глава 4

Трайн возвращался домой. Он не спешил, пустив жеребца лёгкой рысью. Ведь до дома больше суток пути, да и никто не ждал его в замке так рано.

Принц добился, чего хотел. Впрочем, как обычно. Трайн всегда и во всём добивался своего.

Из него вышел бы хороший король. Не чета недоумку Корвилю, который только и может, что отплясывать на балах, да лапать королевских фрейлин.

Вся работа наследного принца по-прежнему лежит на Трайне, хотя отец лишил его этого статуса восемь лет назад, когда стало понятно, что от проклятья ему не избавиться…

Проклятое проклятье…

Оно разделило жизнь Трайна на до и после.

Это были две большие разницы.

Но таково оказалось решение отца, с которым Трайн не стал бы спорить. Интересы королевства его с детства научили ставить превыше собственных.

Какой смысл оставлять наследником того, кто может умереть в любой момент, кого уже много лет гложет смертельное проклятье.

Когда горечь утраты и навсегда изменившаяся жизнь во дворце стали невыносимы, принц уговорил отца отпустить его. Теперь наследником был Корвиль, а Трайн мог бы отправиться в путешествие.

Король сомневался, он любил старшего сына, единственную память о первой жене. Но Сигурда его уговорила, видимо, надеясь, что пасынок сгинет на чужбине.

Трайн тоже на это надеялся, он искал смерти.