Жениться по приказу

Хотя слухи всё равно пойдут и один хуже другого. Меня не особо любили в народе. За что? Сложно сказать. Тех, кто удачливее и успешнее всегда не любят. Меня это не очень заботило. Вообще после казни отца и смерти брата, все проблемы казались мелкими и несущественными. А после смерти Вивьен… Стоп! Я кажется запретил себе думать об этом! Привычно ощутил печаль и лёгкую почти невесомую нежность, такую, какой была она, моя Вивьен.

В дверь постучали. Опять. После визита Его Величества от стука в дверь я не ожидал ничего хорошего.

- Да?

- Господин, - мой дворецкий робко приоткрыл дверь, видимо, опасаясь моего гнева. – К вам тут посыльный от Его Величества.

- Пусть войдёт, - милостиво разрешил я. Интересно, что там Марк ещё придумал? Навяжет мне вторую жену?

- Князь Дамьери, - посыльный вошёл так же робко. Интересно, неужели я так до ужаса всех пугаю? Вроде не страшный, ну по крайней мере, с виду. – Его Величество передаёт вам это письмо. – И посыльный протянул мне записку. Я взломал печать (даже на записке Марк ставил свою гербовую печать – вот что значит король!) и начал читать записку.

«Фел, твоя жена прибудет с маленькой сестрой через три дня. Будь добр подготовиться к церемонии в храме. Брак должен быть заверен служителем».

Лаконичность – второе счастье, драги его подери!

Я подошёл к окну и дёрнул раму, чтобы открыть с такой силой, что она хрустнула. Мне просто надо подышать воздухом. Обязательно, иначе я сойду с ума и прямо сейчас сбегу из страны, куда угодно, хотя быв Артар.

Вдохнул холодный мокрый осенний воздух и повернулся к двери. Посыльный всё ещё стоял здесь.

- Вон! – Он попятился и бросился бежать, едва не упав.

Я с грохотом захлопнул дверь и принялся расхаживать по комнате. Уже три дня, уже не неделя. Летят они там что ли? Куда он спешит. Девчонка, моя жена, да ещё с маленькой сестрой. Что мне с ними делать? Как общаться? И почему брак должен быть обязательно заверен в храме? Чтобы я не сбежал? По-моему король разыгрывает какую-то свою игру, надеясь пойти мною, как фигурой в определённое время.

И судя по тому, что Марк не решился сказать мне про обряд в храме, он прекрасно понимал, что за этим последует. А, может быть, и не стал говорить об этом вчера – ждал пока я немного остыну.

Самое противное было в том, что я ничего не мог изменить.