Сшивающая

Тоби поведал ему все, что случилось и их с Тиной беседу.

-Значит, она тоже не встречалась потом с Мартинсом и не помнит своей жизни до того, как ее нашел маг.

-В том то все и дело, что ни до ни после она с ним не встречалась. И со мной он не захотел встретиться. Все что я тебе сегодня рассказал, прибыв из поездки в пансионат, ты и раньше знал.

-То есть, кто она и откуда мы не знаем. Знаем только, что ее нашел и устроил Мартинс. А вот он очень странная фигура. Уже как двадцать лет живет взаперти и все данные о нем уничтожены.

-Вот и спроси сам у нее. Может быть, именно в нем и есть раскрытие нашей тайны. Кстати, я рассказал Тинесии о твоем восторге ее игрой и она была крайне заинтересована твоим впечатлением, - хохотнул Тоби.

-Ой, брось эти твои шутки, - отмахнулся король, - Скажешь тоже, что она в меня влюбилась.

-Ну, очень похоже, что именно так и есть! - засмеялся телохранитель. - Поверь мне, как старому ловеласу.

-Это когда же ты стал «старым» – усмехнулся король, - когда тебе только двадцать один?

-Да вспомнил, что еще хотел сказать про нашу библиотекаршу, - перебил того Тоби, - В пансионе узнал, что ей в этом году совсем недавно отметили тоже двадцать один год. А нашей Есении должно быть уже двадцать три. Опять неувязка. Так что возьми себе на ум.

-И все равно, чудится мне в ней какая-то тайна, - задумчиво протянул Рикард.

-Что-то мне подсказывает, что и она тебе понравилась, а? – улыбнулся Тоби и прикоснулся к королевскому бокалу, - Так в чем же дело? Вперед!

-Да.

Глава 9. Тайна (он)

На следующий день молодой король отправился на завтрак в большую столовую, чтобы встретиться там со своей бабулей. Он был тверд и решителен. Он был даже зол. Он хотел разгадать самую главную тайну его последних лет, тех самых, когда он покинул замок своего доброго отчима и отправился в черной карете Бешенного пса навстречу своим странным приключениям.

Войдя в большой светлый зал королевской столовой, он прошел к сидящей в торце стола королеве-матери и рядом по правую руку от нее вдовствующей королеве, поприветствовал их и поцеловал руки. Потом прошел на другой конец, попутно кивая поднявшимся в поклоне придворным. Махнув рукой, приглашая всех садится, он развернул салфетку.