Персональное чудовище для принцессы

Долго. И я уже не знала, где сон, а где явь, но было страшно. А еще холодно. После нестерпимо жарко. И постоянно хотелось пить. Кажется, я просила, умоляла, чтобы мне дали воды, но никто не торопился выполнять мои просьбы. Вместо желаемой воды, мне против воли вливали в глотку какую-то горькую, вонючую пакость, после которой жажда только усиливалась, но обычной воды мне так и не дали.

Кажется, я плакала, выла, металась на месте, чувствуя, как кто-то, или что-то, удерживает мои руки и тело, заставляя кричать, требовать, затем просить и умолять.

О чем просила – я не знаю. Чего хотела, тоже понятия не имела, но это не мешало мне о чем-то сбивчиво шептать, роняя крупные слезы, что отчетливо ощущались на моем пылающем лице, чувствуя нарастающий страх и панический ужас.

А потом пришел покой. Не знаю, в какой именно момент, но мне кажется после того, как я увидела чье-то неясное лицо, что упорно расплывалось перед взором. Если бы меня спросили, я бы ни за что не смогла ответить, как он выглядит, какие у него приметы, но точно знала, что это мужчина.

Его неясный силуэт лишь на несколько мгновений появился перед моими глазами, а после наступила темнота. Долгожданная и спокойная. В нее я окунулась с радостью, так как там был покой…

Сознание вернулось резко. Миг, и я, открыв глаза, резко села, с немалым удивлением отметив, что нахожусь в незнакомой комнате и лежу на широкой, мягкой, хоть и скромной кровати, с довольно чистыми простынями.

Комната была мрачная, без лишней мебели… хотя мебели тут вообще почти не было, если не считать стола, на котором горела одинокая свеча, кресла и самой кровати, на которой я лежала.

Медленно, с опаской ощупала сначала лицо, дотронулась до раны на лбу и почувствовала под пальцами тугую повязку. Оглядела свое тело и поняла, что была в какой-то рубашке, явно мужской и несуразно большой для меня. После перевела взгляд на руки. Сейчас на них были розовые полосы, уже заживающих порезов и ссадин. Это сколько же я пробыла без сознания? И где я? Кто меня спас?

Последнее, что я помню, это… пуму.

Напряглась и, в мешанине из мыслей и воспоминаний, смутно разглядела отрывок, где отчетливо ощущала, как меня поднимают на руки и куда-то несут. Затем был бред и лихорадка, из которой ничего ценного я вспомнить не могла.

Чувствуя легкую тошноту и головокружение, я осторожно откинула одеяло и свесила ноги с постели. После резко замерла, так как этих нехитрых телодвижений хватило, чтобы меня замутило с утроенной силой.