Персональное чудовище для принцессы

А под окнами, отнюдь, не кусты с растительностью, а острые камни. При всем желании, сбежать из комнаты не удастся. Хотя, даже если бы я покинула замок – радость сомнительная. В лесу я долго не выживу, особенно в одном платье и туфлях, что при каждом шаге норовят свалиться с ног.

Но отчаиваться я не торопилась, помня обещание хозяина замка, что меня доставят туда, куда попрошу. Его ненависть к моей расе и некое благородство, не давшее оставить меня умирать в лесу, давали надежду, что от моего общества с радостью избавятся, без потерь для моего здоровья.

Приподняв платье, что тоже оказалось мне велико, из-за отсутствия нижнего белья, я пошаркала из комнаты. Опасливо открыла дверь и выглянула в коридор. Комната моя оказалась единственной на этаже, что указывало, что нахожусь я в башне. Придерживая подол, чтобы не споткнуться о платье, я стала спускаться вдоль каменной стены по винтовой лестнице вниз. Уже через десять ступеней вознамерилась сбросить обувь и идти босиком. Но помня о том, что хозяин трепетно относится к моему здоровью (чтобы быстрее избавиться от моего общества), не стала ничего менять и продолжила медленный спуск, контролируя каждый шаг и спадающие туфли.

На первом этаже я тоже не могла заблудиться, так как из башни вели только одни двери, в которые я вошла и оказалась в длинном коридоре. Прошла по нему и только из-под одной двери пробивался свет. Интуитивно поняла, что на верном пути и постучала в дубовую дверь.

– Входи, – услышала я и вошла, толкнув тяжелое деревянное полотно.

Я ожидала увидеть столовую, но ошиблась и оказалась на кухне. Давно необитаемой и запущенной, о чем говорил толстый слой пыли. Хозяина это нисколько не смущало и он, закинув ноги на грязный разделочный стол, сидел, сложив руки на груди и задумчиво вглядываясь в потолок.

– Тебе нужно особое приглашение? – лениво спросил он, даже не взглянув на меня. Подавила в себе раздражение и прошла к столу. Не спрашивая разрешения, села на стул и с ожиданием уставилась на хозяина замка.

– Нет, – ответила я вполне искренне.

– Не в твоем положении следует хамить мне, – искоса кинул он взгляд на меня.

– Врать, как я полагаю, тоже не стоит.