Персональное чудовище для принцессы

Через секунду между нами выросла каменная дверь, за которой я услышала ее приглушенный голос. – Ты всегда была мне как сестра, я не забуду твоей доброты. Надеюсь, ты когда-нибудь простишь меня.

Я хотела потребовать, чтобы она немедленно открыла, но услышала, как дверь в мою комнату с грохотом распахнулась. Чуть левее я заметила небольшую щель, через который бил тусклый лучик света. Посмотрев в нее, я увидела свою комнату и тех, кто в ней стоял. Не всех, но тех, кого узрела, было достаточно, чтобы в моей груди разгорелась ненависть.

– Где она? – потребовал ответа у Мили Габор – старший советник при моем отце и его кузен. В руках он держал окровавленный меч. Да и одежда носила следы недавней схватки. Увы, в пользу Габора.

– Милорд, госпожа еще минут десять назад вышла из комнаты и не возвращалась, – тоненько и испуганно проблеяла Мили. Я же старалась даже не дышать. И фонарь накрыла полой плаща, чтобы ненароком себя не выдать. – Сказала, что хочет побыть с батюшкой.

– Врешь, девка! – рявкнул Игнар – министр внутренних дел, и подался было к испуганной девушке, но Габор его остановил жестом. Кивнул кому-то из своих людей и коротко приказал:

– Найти.

После этого вновь раздались шаги, и дверь закрылась, оставляя испуганную Мили и двух министров наедине.

– Прошу, пощадите! – испуганно пискнула она и затряслась в рыданиях, когда в ответ на свою просьбу получила глумливую насмешку и удар по лицу.

– Пощады можешь не ждать, как и твоя хозяйка, – зловеще отозвался Габор и нарочито медленно стал расстегивать брюки, в то время, как Игнар схватил девушку за волосы и, не обращая внимания на ее визг от боли, насильно опустил на колени.

Роняя слезы от чувства собственного бессилия, я со всей ненавистью, которая зарождалась в моей груди, пообещала себе, что непременно отомщу. Не знаю как, не знаю когда. Но месть моя будет страшна.

Понимая, что и дальше так стоять я не могу, теряя бесценное время, несмотря на то, что сил уйти не находила, пришлось переступить через себя и оттолкнуться от стены, отводя взгляд.

Удаляясь по гулким коридорам потайного хода, я еще долго слышала крики и издевательский смех.

***

Я пробивалась сквозь деревья и кустарники, уже около часа, чувствуя, что силы мои давно на исходе, а за спиной все еще слышались звуки погони. Страх быть схваченной пересилил даже мой ужас одиночества в темном, мрачном, непролазном Запретном лесу.