Персональное чудовище для принцессы

Действовала на одних инстинктах. А когда увидела своего спасителя, чувствовала себя уже лучше, вспомнив и другие инстинкты. Например, забытый мною в лесу, заветный, инстинкт самосохранения.

– Но и это не все, – продолжил мужчина возмущаться непонятно чему. – Я мог и сам списать твои объятия с Шаей на помутнение рассудка в стрессовой ситуации. И твоя реакция на меня была вполне объяснима, даже, где-то, предсказуема. Вы, люди, такие однотипные, – протянул он с ноткой пренебрежения, отчего я напряглась, судорожно пытаясь понять к какой же расе он тогда относится.

Мне стало стыдно. И вновь захотелось оправдать свое поведение, но почему-то подумалось, что моих оправданий никто не ждет.

– Простите, если оскорбила своим поведением, – вздохнула я, чувствуя, как лицо окрашивается в розовый цвет.

– Еще твои вечные извинения, к месту и без, раздражают, – заметил он недовольно.

С губ чуть было не сорвалось очередное «Простите», но я вовремя опомнилась и промолчала.

– Как себя чувствуешь? – уже более миролюбиво задал вопрос мой странный спаситель, закинув ногу на ногу, окинув меня взглядом с научным интересом.

– Спасибо, хорошо, – с заминкой ответила я, прислушиваясь к себе. Вроде, ничего не болело. Слабость была, но не критичная. А еще очень хотелось есть. Принюхалась к себе и поняла, что, все же, помыться стоит в первую очередь.

– Двигаться сама можешь? – очередной вопрос.

– Не знаю, – нахмурилась я и уже хотела вылезти из-под одеяла, чтобы встать с кровати, как вовремя опомнилась. – Вы… Вы могли бы отвернуться?

– Зачем? – искренне изумился красноволосый.

– Я не одета, – ответила я очевидное, продолжая прижимать шерстяное одеяло к груди, как родное.

– На тебе рубашка, – не согласились со мной и с ожиданием уставились.

Я упрямо поджала губы. Вот, понимаю, что, вероятно, он уже все видел, да и в прошлый раз даже в подобном виде на руках носил… но не могу я так.

– Пожалуйста, – тихо попросила я, боясь, что ему на мои просьбы глубоко плевать.

Мужчина сокрушенно вздохнул, закатил глаза на мгновение, но голову отвернул. Не совсем то, чего я хотела, но уже хоть что-то.

Очень осторожно спустила ноги на каменный, холодный пол, отчего против воли поджала пальцы на ногах, и, держась за изголовье кровати, встала. Секунда, две… а я стою. Ноги, конечно, трясутся, но не подгибаются.