Душа королевского замка

Ресницы у него оказались самые обыкновенные, но голос и репертуар просто превосходными. И, даже покинув бальный зал, Кейра не могла перестать мысленно проигрывать в голове полюбившиеся мелодии.

Неудивительно, что Шарлотта была в восторге, впервые услышав голос менестреля. Романтичным барышням легко влюбиться в образ бродячего музыканта. И тогда им начинает казаться, что и ресницы у него — длиннее волос, и плечи — шире дверного проема.

Кейра не считала себя романтичной и точно ею не была. Юлий показался ей приятным молодым человеком с красивым сильным голосом и хорошим вкусом в музыке, но не более.

Или все дело в том, что сердце Кейры каким-то непостижимым неожиданным образом вдруг оказалось занято?

Она вспомнила, как вспыхнула от одного упоминания лордом Ренцо имени управляющего на сегодняшнем балу.

С Кейрой никогда не происходило ничего подобного. Если быть честной, она даже не предполагала, что так бывает. Все эти песни и книги о любви — Кейра воспринимала их больше как выдумку, фантазию. Ведь разве может человек настолько часто и много думать о ком-то другом?

Один поцелуй, несколько бесед и пара случайных встреч… А стоило Юлию запеть о любви, Кейра мгновенно вспомнила Айнана.

Сердце сжалось от тревоги: где он, и что с ним?

Разве так бывает?

Несмотря на позднее время, Кейра, как и прошлым вечером, выполнила ряд упражнений и только после этого легла спать.

В голове все еще звучали песни менестреля. А когда уснула, то во сне она увидела на его месте Айнана, задумчиво перебирающего струны лютни.

Когда он опускал взгляд, его ресницы не доставали до подбородка, а волосы не удлинились и не превратились в роскошные кудри, которые так нравятся девушкам. Он выглядел как обычно, но Кейре казалось, что она готова смотреть на него бесконечно.

Разве так бывает?

***

Естественно, фрейлины и их компаньонки признали Кейру победительницей этой недели. Проиграла Зея, так как Патриссии на балу Дариус уделил внимания меньше, чем другим.

Пока девушки вели разговор, Кейра, сидящая рядом с ликующей Шарлоттой, отмалчивалась.

Ей нечего было добавить. По правде говоря, она даже не пыталась запомнить, с кем и сколько раз танцевал принц прошлым вечером. Ей вообще не хотелось смотреть в его сторону.

Услышав, что поиграла, Зея сперва побледнела. Затем ее лицо пошло красными пятнами, а в глазах отразилась настоящая паника.

Патриссия дотронулась до ее плеча.

— Не переживай, это же мелочи.

Это должен был быть успокаивающий жест, но Зея вздрогнула от прикосновения.