О чем поет вереск

На прогулках в саду проводила пальцами по головкам роз – и они раскрывались ей навстречу. Лианна только диву давалась: подобная магия была под силу лишь детям солнца.

Жизнь текла неторопливо, прерываемая мелкими тревогами, под спудом тревоги великой – что-то назревало! – и все же оставалась полной счастья…

– Как же я соскучилась по маме, – как-то пожаловалась Лианна на вопрос Мэллина о Доме Солнца.

Словно в ответ на ее слова горячая волна магии прошлась по трапезной.

В глазах на мгновение потемнело, Мидир не поверил, ощутив знакомую боль, сдавившую виски.

– Мама? – удивленно воскликнула Лианна, привстав и ухватившись за Джилроя.

Мидир прищурился, как и все волки. Слишком слепила королева Солнца.

– Мама, прости, но я… – виновато прошептала Лианна, а Джилрой прижал законную супругу к себе, словно пытаясь защитить даже от родной матери.

Мидиру пришло в голову: будь жив Джаретт, ему самому пришлось бы закрывать собой Этайн.

– Девочка моя, – и «моя» прозвучала в речи королевы с угрозой. Испепеляющий взгляд нашел Мидира, – как же я рада за тебя! – вымолвила уже дочери и улыбнулась. Перевела взгляд на Джилроя, глянула с той же теплотой. – Добро пожаловать в наш Дом. Лили, не думала я, что ты выйдешь погулять на одиннадцать лет! Дети мои, вы все решили правильно.

– Ты не… – задохнулась Лианна, – ты не… Ты не сердишься на меня?!

Мэллин закашлялся в кулак, но Мидир все одно различал слова про солнечных зайчиков, которых можно поймать на слове.

Почтенная матушка Лианны волчьего принца вовсе не замечала.

– Я не, – улыбнулась королева. – И откуда ты только взяла подобные мысли! Дитя мое, дочь моя! Конечно же, солнышко мое, я рада, я так рада, что ты не ошиблась! Я так рада за вас!

Мидир встал, придерживая Этайн, помогая ей подняться, склонил голову, приветствуя королеву.

– С вашим новоявленным отцом мы поговорим после, – обожгла его взглядом владычица. – Доченька, пора домой.

Мидир ничуть не удивился, когда королева, протянув руки, увлекла в Окно и Лианну, и Джилроя. Просьба дочери дала ей силу. Третьим в это же Окно затянуло не слишком довольного Фордгалла, что Мидира лишь порадовало.

Прямоугольник схлопнулся, сияние пропало.

– А про меня даже не вспомнила. Впрочем, не очень-то и хотелось, – первым подал голос Мэллин.