Темный Князь ищет невесту

Но потом все же сдалась, откинувшись на спинку обитой бархатом лавки.

Угон кареты, скорее всего, выйдет боком, но пешком добраться до нужного места слишком долго и опасно. Если все пойдет по плану, получится вернуть ее до рассвета. Заодно стереть память кучеру. Берик неплохой человек, возможно, он ничего и не скажет графу, но рисковать нельзя. Когда дело дойдет до моих поисков, люди Князя прибегнут к жестким мерам. Пусть лучше старик ничего не сможет им поведать даже под действием чар. И для него, и для меня так будет лучше.

Стук колес смягчился, карета поехала ровнее. Значит, мы пересекли главные ворота города и выбрались на покатую, засыпанную речным песком дорогу Пограничья. Хоть за окном ничего не было видно, я точно знала это. Отодвинувшись от стекла, задернула легкую темно-зеленую шторку и забралась на сиденье с ногами. Теперь, главное не столкнуться в пути с Гончими. Эти пронырливые существа наверняка доложат Князю обо всем, что видели. Безымянная карета не останется без внимания. Я, как могла, замаскировала герб Дома, выгравированный на дверцах.

Оплетенный плющом меч, снизу вверх пронзающий львиную голову – весьма запоминающийся знак, что может вывести на меня в самое короткое время. А это мне уж точно ни к чему.

Наш род не относился к приближенным Домам Короны, и когда трон завоевал Темный Князь, мы так и остались в стороне. Тогда еще был жив папа, такие важные решения принимал именно он. Возможно, поэтому на нашу семью одно за другим повалили несчастья. Старший граф Лиер отказался поддерживать Повелителя, он имел на это полное право, как и другие лорды королевства.

А спустя год погиб. Его карета не удержалась на горной дороге, одна из кобыл взбрыкнула и стала причиной трагедии.

Мама осталась одна, через пару месяцев должна была родить меня. Я не знаю причину, по которой она пошла на сделку с Князем и что именно у него просила. И уже, наверное, не узнаю. Мама исчезла через пару недель после моего пятилетия. Вышла прогуляться по цветочному рынку – она любила составлять свежие букеты и меняла их в доме каждые три дня – но так и не вернулась.

Ее искали. Королевский инспектор лично занимался этим делом. Увы, с мертвой точки оно не сдвинулось.

Единственным опекуном оказался Родерик, мой дядя. Он упек меня в школу мадам Гиро, где воспитывали кротких и послушных девочек, которым однажды предстояло стать участницами Отбора. Иронично, но именно проведенные там годы научили меня выживать в атмосфере жесткой конкуренции.