Тайные улицы, странные места

Интересно, кто они Ане? Неужели она, прям, со всеми ними спит, как постоянно суёт под нос, что её все любят? И тут же пришёл второй вопрос — неужели она думает, что это всем надо рассказывать, и все, прям, ахнут и кинутся на неё? Третий, насчёт, неужели она уж такая стоеросовая дура, Женька благородно отринул, и думать не стал.

А тут и Ана вылезла из палатки, задирая согнутые ноги на высоченных шпильках — пятиться, как нормальные люди, не стала, постаралась покрасивее, но вышло всё равно смешно. Понимая это, девочка резко выпрямилась и ойкнула, бережно поправляя трикотажное чёрное платье, коротенькое, без лямок и с разрезом на бедре.

— Коленька, Костя, мы ушли. — тонкий пальчик покачался над головой Коленьки с сигаретой, — девок ни-ни, ясно? Часа через три вернёмся.

— Та идите уже, — сказал Костя, валясь на землю задницей и вытягивая облепленные песком ноги, — сказали, посторожим.

Ана уцепилась за Женькин локоть. Скомандовала:

— Пойдём по дороге, а то у меня каблуки.

На грунтовке ей всё равно пришлось разуться и, ойкая, она висла на Женькиной руке, неуклюже перебирая ногами по засохшим глиняным кочкам и ямкам.

Почему-то не болтала о пустяках, может, сильно раздражалась от дороги, гадал Женька, но был доволен, что не приходится кивать и агакать на всякую ерунду. Тут уже было темно, солнце играло зарю над чёрной кромкой обрыва и от алого неба тень казалась ещё гуще. Изредка проезжали мотороллеры и машины, пыля сушёной глиной и обдавая музыкой из раскрытых окон.

— Они тебе кто? — спросил Женька, решив, что имеет право, полдня уже на побегушках у красотки Аны.

— Колька с Костей? Та… — девочка споткнулась, наваливаясь на его плечо, — вот паскудство, скорее бы уже после школы и права. Буду сама ездить.

— Встречалась, что ли?

— А ты ревнуешь? — Ана довольно хихикнула.

Женька хотел сказать честное «нет», но ведь обидится. Пожал плечами, которые уже ныли от рюкзака и повисшей на локте спутницы.

— Перестань, — утешила Ана, — они просто с Норисом тусуются.

А Норис сказал, если мне что надо, чтоб делали. Ты что, Нориса не знаешь?

— Ну, слышал да.

Ана свысока усмехнулась, бросив его потный локоть и обходя, чтоб повиснуть на другом:

— Стой. А то у меня рука устала. Нориса все боятся. Он очень опасный. А меня он любит. Поэтому меня никто не трогает, это раз. А ещё, его пацаны, с его тусовки, они знают, если я попрошу — надо делать.

— Встречалась, что ли? — спросил Женька уже про Нориса.