Тайные улицы, странные места

И, за секунду до того, как бетонный пень исчез в бурлении пены, Женя плавно кинула бутылку. Волна расшиблась, отдавая осколки не воздуху, а воде, та потащила, перемешивая с песком, катая, стучась ими в бетонные высокие стены.

Правильно бросить у Женьки получилось не сразу. И девочка, покачав головой, показала другой способ — нагнувшись над краем, так, что Женьке сразу захотелось схватить её за подол, а то ещё улетит вниз, аккуратно грохнула взятую за горлышко коричневую бутылку о стенку. И следом за осколками прицельно швырнула оставшуюся в руке острую стеклянную розочку.

Зачем это мы? — хотелось спросить Женьке, но кидать бутылки в пенную воду было так весело, что вопрос он оставил на потом.

И ещё пару часов они били бутылки, возвращаясь к домику за мешками и таща их через раскаленный воздух над обрывом, через завывание ветра в глиняной расщелине и топая разутыми ногами (кроссовки сбрасывали, выйдя на пляж) по рыхлому песку, а потом — по мокрому бетону Моряны.

Когда закончили, в голове у Женьки стоял непрерывный звон, кожу на лице стянуло от соли, а перед глазами мелькали и вертелись грохочущие фонтаны кипящей от пены воды.

Офигеть, подытожил он сам себе, унося пустые скомканные мешки и оглядываясь на бушующую Моряну, где наверху остался Отан, стоял на самом краю, освещённый полуденным солнцем, раскинув длинные руки и подняв к небу бородатое мокрое лицо.

— Выкупаемся, — сказала Женя, ступая на тропку, ведущую в глубину оврага, — и отдохнём, быстро справились, спасибо тебе.

— Купаться! — он бросил мешки на песок, который под обрывом пророс кустишками сочной зелёной травки, перемешанной с выброшенным из моря мусором — пластиковыми бутылками, кусками белого плавника, обрывками рыбацких сетей — и побежал обратно, выворачивая горячий песок босыми ступнями.

— Женя! — голос девочки догнал его, не сумев остановить, испуганный и сердитый, — куда ты? Нельзя!

— Купаться! — орал Женька, подлетая к мягкому прибою невдалеке от бетонного начала Моряны и на ходу сдирая с себя футболку, — давай! Можно ж нырнуть тут, с самого края!

Она догнала его у самой воды, толкнула в плечо, разворачивая к берегу.

— Ты чего? — он вырвал руку, стараясь не слишком резко. Остановился, отказываясь идти следом.

— Да скорее же! — она оглянулась на серую громаду Моряны, с неподвижной фигурой Отана на фоне сверкания воды.