Прорицатель 2. Дочь рода

Я могла погибнуть из-за тупой проверки на прочность моего телохранителя!

– А про целителя душ что скажешь? – решила я перевести тему, почувствовав, как внутри закипает гнев.

– Грэйн? Она присоединилась к братству, как только поняла, что ей доступна окружающая человека энергия, – Колум выдохнул с таким явным облегчением, что я невольно хмыкнула. Испугался, что я буду выпытывать про его отношения с Трисой? Больно надо! – Грэйн тогда даже не знала, на что способна, но упорно училась, чтобы достичь высшего уровня.

– Ага, то есть, найти подобных ей будет непросто, – кивнула я. Надо же, как мне «повезло» встретить прокачанного до максимума целителя душ.

Договорившись о том, что будем рассказывать отцу и следователям, мы с Колумом отправились в центральный зал, где нас ждала Триса. Она активировала артефакт, перенесла нас на одну из тёмных улочек столицы, а затем исчезла. Мне в общем-то было всё равно, вернётся она в братство или же последует за нами. Я знала, что меня ждут очень неприятные часы – допросов не избежать, и неизвестно, насколько они затянутся.

– Телефон, – сказал вдруг Колум, когда мы уже свернули на хорошо освещённую улицу.

– А?

– Позвоните отцу и вызовите машину, – подсказал он.

– Точно! Что-то я растерялась…

Столько всего произошло за неполные сутки: взрывы, похищение, братство и смена власти в нём, истинный целитель душ… и новость о том, что моя душа до сих пор черна от клейма.

Спустя двадцать минут после моего звонка на перекрёсток примчалось аж пять машин: отец с братом, телохранители, а также кортеж следователей из имперской службы безопасности.

Почему так долго пряталась? Так это я не специально, потеряла сознание, а Колум был ранен. Машина так и вовсе исчезла. Следователи задавали вопросы, повторялись и пытались запутать, но я говорила чистую правду. Сознание теряла, это факт.

Ну а Колум? Так посмотрите на него, едва на ногах стоит, вон какой бледный и измочаленный. Закрывал меня своим телом, вот и досталось ему бедненькому. Все дружно посмотрели, оценили, впечатлились. А мой телохранитель и вправду выглядел как умирающий на последнем издыхании: по лицу струится пот, губы искусаны до крови, – всё свидетельствовало о том, что я говорю правду.