Ведьмины косы

Дело в том, что его младший брат Любомир, обладатель разрушительного дара боевой магии, снова устроил себе тайную тренировку с опасными огненными заклинаниями, да ещё без присмотра.

Чем могло закончиться столь рисковое предприятие, можно только представить...

И ужаснуться.

От происходящего в зале у Петро зашевелились волосы по всему телу.

Братишка вертелся вокруг своей оси и метал с рук в стену огненные шары. Те отскакивали и хаотически разлетались по всему залу, оставляя чёрные подпалины на серых, защищённых от любого воздействия, плитах.

Любомир, залитый потом с ног до головы, с азартом пулял свои смертельные игрушки и сам же от них уворачивался, считая себя, по-видимому, неуязвимым супергероем.

Тем временем в зале разверзся ад. Мало того что воздух превратился в пекло, так ещё повсюду сновали туда-сюда хаотические бесноватые сгустки плазмы.

– Эй, ты что творишь?! – закричал Петро, вознамерившись остановить безобразие.

– А-ха-ха! Я придумал крутейшую штуку! – поделился радостью Любомир, то сгибаясь, то подпрыгивая.

Говорят, сила есть – ума не надо. Но это всё враньё. Без ума далеко не уйдёшь. Тем более, если ты маг. Собственная необузданная сила – хуже врага.

У самого Петро тоже обнаружились зачатки магического дара, но искра настолько слабая, что годится лишь, чтобы зажечь светлячок. К двадцати трём годам Петро выжал из академической программы максимум и смирился с данностью. Магия – лишь магия. Это всё мелочи, ведь умом природа его наградила живым и цепким.

...в отличие от Любомира, которого матушке с отцом следовало назвать явно по-другому. Любодрак или Дракобой. Сам же подрастающий лиходей просил, чтобы его звали просто и скромно: Мир.

Петро с самого рождения Мира взял над младшим братишкой шефство, ибо няньки и гувернёры – товарищи ненадёжные, а через три года после рождения первенца мама родила дочек-близняшек. И с тех пор малышки отнимали львиную долю родительского внимания.

Так что Мир сызмала рос под защитой старшего брата, пусть не кровного, но разве ж это важно? Питера, как теперь его звали, Любомир обожал.

Сейчас рыжий горе-боец подставился сразу под четыре огненных шара, летящих прямо в него с разных сторон.

– Упс... – игриво, со смешком воскликнул он, прикрывая лицо руками.

– Ми-и-ир! – Петро бросился на брата, прикрывая его собой и совершенно не думая, что огонь прожжёт не только одежду, но и плоть.