Ведьмины косы

Я обязан ему тем, какой я есть.

– А где твоя мама?

– Ушла в послушницей в обитель. Отец вынудил. Когда мне было восемь, он узнал, что мама пьёт травки, чтобы не забеременеть второй раз. А у отца была навязчивая идея избавиться от бракованного меня и заиметь полносильного наследника. У меня есть пара десятков единокровных братьев и сестёр от отцовых любовниц, но бастарда наследником не сделаешь. Отец тогда едва не убил маму. Так разгневался, что сгоряча отослал её в закрытую обитель. Там она прожила четыре года, заболела и умерла.

– А отец?

– Ему на охоте стрела попала в глаз. Богиня даровала ему мгновенную смерть. Мне тогда было восемнадцать, и я к тому времени даже наполовину не прошёл академическую программу. Мне пришлось взойти на престол, – снова безрадостная ухмылка. – Я всё больше верю, что все события, начиная с самого детства – не случайны. Это странно и страшно. Мне не хочется думать, что всё предрешено, и я ничего не решаю.

– Это не так. Уверена, наши судьбы в наших руках.

– Прости.

– Не извиняйся. Я рада, что ты рассказал мне свою историю.

– Спасибо, что выслушала, – он повернул голову к ней и в темноте пытался поймать её взгляд. – Обычно девушкам такое не интересно.

– А что им интересно?

– Мода, драгоценности, сплетни...

– Держу пари, высший свет не примет меня, – усмехнулась Арета.

– Это неважно.

– Я не умею танцевать. Совсем. Если не считать танцы с бубном вокруг лесного костра.

Ричард рассмеялся, на этот раз уже весело.

– Значит, введём новую моду. Обустроим кострища, сошьём наряды... – поддержал он.

Пришла очередь Ареты прыснуть со смеху.

– Я же пошутила насчёт костров!

– Да? А жаль. По мне так пляски с бубнами веселее, чем вальсы и фокстроты.

Они замолчали, но тишина эта была уютная, лёгкая.

Нарушил её снова Ричард:

– Я и сам не фанат балов и светских сборищ. До совершеннолетия я имел весьма смутное представление, как общаться с девушками. Дядя так муштровал меня, что эта область жизни у меня хромала на обе ноги.

– Как ты отнёсся к тому, что у него завязались отношения с твоей женой?

– С радостью, – на удивление легко ответил Ричард. – Я чувствовал нечто сродни мукам совести, когда... общался с ней. Мы настолько не подходили друг другу во всех областях жизни, что мне казалось, что наша несовместимость заметна со стороны. А с Тристаном Франческа была счастлива.