Воин Забвения

Понурив голову, он внимательно разглядывал длинный витой посох с чёрным камнем навершия, который лежал на его коленях. Лица владыки не было видно, но что-то потянуло внутри, под рёбрами, от горькой уверенности - это Кирилл. И в то же время кто-то другой. Тот, кого Хальвдан не знал и знать не желал.

Князь вскинул голову, его глаза пронзили яростным безумием, как горящими стрелами.

Хальвдан обнаружил себя лежащим на земле, а тело ломило так, будто по нему промчался табун лошадей. Рот изнутри обволокло липкой плёнкой с привкусом трав, а голова кружилась и трещала, как с похмелья.

Наяс с безразличным видом стоял рядом, и его тень падала на лицо. Костёр потух, над ним теперь вилась только прозрачная ниточка дыма.

- Полоумный старик... Ты, верно, хотел отправить меня в Гельхейн[1]? - сипло проговорил Хальвдан, садясь и ощупывая затылок, которым, похоже, хорошенько приложился о землю. - Регга[2] была бы рада увидеть меня там раньше времени.

Наяс снова промолчал, лишь подал ему руку, помогая подняться. Земля под ногами вздрагивала и качалась.

Хальвдан упёрся в колени ладонями, и постоял так, согнувшись, пока кружение идолов, леса и реки перед глазами не замерло.

- Ты правда считаешь, будто насланный тобой бред убедит меня в том, что Кирилл лишится ума? - он снова выпрямился и въедливо посмотрел на старосту. - Если ты частенько разводишь такие костры у себя во дворе, то и что похлеще может примниться.

- Я не хотел запугать тебя, воевода, или настроить против Кирилла, - Наяс размеренно провёл рукой по бороде.

- Всего лишь попытался заставить приглядеться к князю. Любое видение - это предостережение. Может, оно сбудется через много лет. А может, не сбудется вовсе, если вовремя спохватиться.

Хальвдан тогда махнул на него рукой - чего взять с выжившего из ума, да к тому же на редкость сварливого старика? И как бы тот ни упирался, что причина-де не в этом, а ведь не обошлось без его вечной неприязни к Кириллу. Даже если люди старосты и не убивали сопровождение обоза, а всё равно веры древнерам не было.

Да и не больно хотелось... верить-то.

Однако видение в самых мелких подробностях засело в голове. Хальвдан невольно возвращался к нему мыслями снова и снова и поражался тому, насколько реальным оно показалось. Кто бы мог сказать, не стало ли оно лишь результатом упорно втолкованного, будто вшитого под кожу Наясом предупреждения и наставления: пригляди за Кириллом. Пригляди. Словно за малым дитём, способным ни с того, ни с сего натворить глупостей.