Воин Забвения

Но не успела ещё Млада дойти до клети Раски, которую та делила с другими чернавками, как за дверью послышались голоса и грохот, будто кто-то уронил лавку или стол. И в следующий миг, на ходу застёгивая пояс поверх распахнутой безрукавки, в коридор вывалился Медведь. Он довольно улыбался, а лицо его блестело от испарины, как маслом намазанное. Не заметив Младу, он повозился с пряжкой и, справившись с ней, наконец поднял голову, откидывая со лба волосы.

Они столкнулись взглядами. Кметь тут же посмурнел, а Млада остановилась и почувствовала, как против воли на губах расползается ехидная усмешка.

Вслед за Медведем наружу выглянула Раска и сгребла его за воротник, пытаясь привлечь к себе.

- Возвращайся скорее, - прошептала она и поцеловала, но только в щёку, потому что тот воспротивился её объятиям, продолжая неотрывно смотреть на Младу.

Служанка, одетая лишь в тонкую нижнюю рубаху, проследила за его взглядом и ойкнула, прикрыв рот ладонью. Кметь дёрнулся, вырывая воротник из пальцев Раски, и шагнул прочь.

А та скрылась за дверью - только коса мелькнула.

- Млада, я...

Она качнула головой в сторону двора:

- Тебя там Бажан обыскался. Плеть вымачивает, чтобы тебе слаще по спине пришлось, - развернулась и пошла обратно.

Кметь поспешил за ней, сохраняя, впрочем, значительное расстояние между ними. Он смущённо пыхтел и шуршал одеждой, поправляя её, как подобает, а затем проронил:

- Прости. Так вышло...

То, что Раска и Медведь хорошенько спелись, пока Млада лежала в забытьи, как коряга на берегу, её вовсе не удивляло.

И, вопреки опасениям кметя, что читались в его голосе - ничуть не трогало. Так даже лучше. Исчезнут лишние толки, да и Медведь, который раньше то и дело смотрел телячьими глазами, прижмёт хвост. Думается, новая зазноба не даст по сторонам-то зевать.

Но кметь настойчиво ждал ответа, хотя Млада предпочла бы пропустить его неуместные оправдания мимо ушей. Она вздохнула, обернулась, глядя ему в лицо твёрдо и бесстрастно.

- Тебе не за что передо мной извиняться.

Больше добавлять ничего не пришлось. Медведь, понурившись пуще прежнего, молчал, пока они не вышли во двор. Парни проводили его добродушным смехом и откровенными подначиваниями - знать, встречи с Раской только для Млады оказались неожиданностью. Бажан, уже порядком охолонувший, лишь глянул на кметя так, будто под дых кулаком ударил, но ни слова не сказал. Медведь по-прежнему молча запрыгнул в седло и резко выдернул повод из рук конюшего.