Воин Забвения

Млада проводила взглядом гостей из Беглицы и обратилась к Хальвдану:

- Может, вернёшь мой меч, воевода?

- С чего вдруг? - верег повёл плечами. - Или ты парня порешить настроилась? Сражаться завтра вы будете турнирными мечами. А наказание проигравшему назначит кнез.

Правитель согласно наклонил голову и добавил:

- Никто просто так сына старосты убить тебе не позволит. Волю Богов мы и так узрим. А сейчас иди. Когда придёт время, я пришлю за тобой отрока. Можешь сегодня размяться на ристалище, меч возьмёшь в оружейной.

Только из детинца - ни шагу. Моё терпение не безгранично.

Кирилл твёрдо махнул в сторону двери, давая понять, что любые пререкания закончены.

Млада вернулась в свою клеть. За то время, что её не было, Раска собрала вещи. Исчезли сундук и прялка. Но, несмотря на нежданное одиночество, Младе стало легче и спокойней. Никто не будет тревожно заглядывать в глаза, пытаясь по лицу понять настроение или мысли. Никто не будет, пусть и невольно, отвлекать разговорами.

Для того, чтобы настроиться на сражение - лучше не придумаешь.

Отвары Лерха Млада в этот день пить отказалась. Лекарь поворчал, пытаясь уговорить её, упрекая в глупости и самонадеянности. Вот только казалось, что от его снадобий всё тело накрывает излишняя вялость. Возможно, она помогала сберечь и накопить силы, но теперь, в преддверии поединка, Млада хотела чувствовать всё так, как обычно. Чтобы быть уверенной, что не пропустит удар, сможет со всей сноровкой, на которую нынче способна, уйти от атак.

На разминку она вышла, когда на ристалища опустились плотные сумерки, а кмети разошлись после вечери по избам.

Млада попросила отрока зажечь факелы, покрутила в руке взятый в оружейной турнирный меч, приноравливаясь. А затем прошла к середине присыпанного песком ристалищного круга и медленно опустилась на колени. Она положила оружие перед собой на землю, выпрямилась и закрыла глаза. Позади, в тени, затаился отрок, который только что запалил факелы. Мальчишке, знать, стало любопытно, что она будет делать.

Пусть смотрит.

Млада же постаралась отрешиться от всего, что окружало её, и найти внутри себя ту Правду, за которую собиралась сражаться назавтра. Пусть никогда она и не могла сказать, что заслуживает доверия. Скорее, от неё стоило бы бежать подальше любому человеку. Потому как слишком долго поначалу Наставник, а затем и Песчаный Ворон заставляли её забыть о честности и чести, что выходили за пределы Кодекса Гильдии. Но не в этот раз. Теперь ей предстояло защищать и то, и другое.