Ветер с запада

Он вытянулся, натренировал мышцы и возмужал: походка стала куда более уверенной, а взгляд смелым.

После несчастного случая во время обучения Вожык стал коротко стричь волосы, чтобы космы не мешали ему использовать огнежар. Он немного скучал по семье и старым друзьям, но старался об этом не думать, полагая, что однажды война закончится и он вернётся в Лапию.

В кузове устроилась Дугава с Лианой на коленях, которая заливиста смеялась, когда её качали. Майли села рядом, и дочка потянулась к ней. Майли придержала её, когда Вожык щёлкнул кнутом, и лошади помчались за ворота.

На васильковом небе не было ни облачка. Даже дувший с моря холодный ветер стих. Слышалось только счастливое щебетание возвращавшихся с зимовки птиц.

Дорога ещё не успела высохнуть. Копыта лошадей взяли и выворачивали комья грязи. Брызги летели во все стороны. Даже крытая коляска от них не спасала.

Повезло, что лиман находился не так далеко от штаба. По правую руку остались гиблые топи с башнями замка Лугару - легендарных оборотней-защитников норикийской столицы.

Коляска замерла на берегу. Несмотря на слякоть, весенний паводок закончился, и можно было спуститься к самой воде, не рискуя утонуть. Дугава спрыгнула первая и приняла Лиану из рук Майли, чтобы та выбралась из коляски сама. Вожык устроил лошадей пастись на заливном лугу и присоединился к ним.

Дугава попробовала носком воду в лимане и поморщилась.

- Холодная. Прогреется ещё не скоро. А жаль.

Она расстелили покрывало на песчаной косе – та прогревалась значительно быстрее, чем вода. Майли достала из припасённого свёртка лепёшки с чесноком, сыром и ветчиной. Лиане достались только лепёшки, которые она рвала на мелкие кусочки и засыпала себе в рот, разбрасывая вокруг крошки.

Вожык снял с себя сапоги, закатал штаны и спустился в воду. Внутренний огонь не давал ему замёрзнуть. Он выхватил из ножен меч и принялся отрабатывать удары, хвастаясь своим умением.

- Здорово! – захлопала в ладоши Дугава, когда он закрутил меч петлями особенно лихо.

- Я учился у самого Вечернего Всадника! Жаль, Николас постеснялся назвать нам своё настоящее имя в Урсалии. Я тогда восхищался бы им ещё больше и ловил каждое его слово! – наивный блеск в глазах Вожык ещё не растерял.

Он послал по лезвию волны огня и принялся выписывать в воздухе замысловатые фигуры. Выпустил с острия один огнешар, второй, третий. Те поднялись высоко в небо и взорвались ворохом искр.