Ветер с запада

- И что? Ты вот-вот сорвёшься с себя опостылевшую маску человека и явишь свой истинный лик, чтобы мы все испугались и устыдились? – вскинула бровь Герда.

- Не здесь, - тихо усмехнулся Финист, показывая, что представление закончено. – Можешь дальше веселиться сами. Ну, или печалиться, как хотите.

Ноэль покривился и принялся рассказывать о совместных приключениях с Николасом. У него получалось куда более реалистично и даже местами смешно, хотя трудно было представить, что такой важный человек умеет шутить.

К концу еда окончательно остыла, и они принялись за ужин. Никаких излишков: только петушиный суп и ячневая каша, немного овощей на приправу.

Герда тоже принялась рассказывать про жизнь в Белоземье.

- Удивительно, сколько ты всего знаешь о древних традициях. Не меньше, наверное, чем наставники Николаса, - сделал ей неловкий комплимент Ноэль.

- Отец многому меня научил.

- Наверняка это Белая Горлица передала ему свою мудрость. В Дюарле ты сможешь её увидеть, - предложил Ноэль.

- Николас рассказывал, что вы выставляете её нетленное тело напоказ, - озадаченно припомнила Герда.

Кто знает, может, Микаш злился именно из-за этого? Хотя вряд ли. Во всём виноват Мрак.

- Дед считает, что это показывает чудодейственную силу его оракула.

Герда потянулась за альбомом и показала ещё один рисунок.

- Вот ваш оракул.

- Как жуть! Их лысые головы и шрамы на груди, - сглотнул Финист.

- Вряд ли Николас видел оракул. Это только его воображение. Хотя мне самому не по душе эта мистика, - обтекаемо ответил Ноэль. – Рассказывай дальше. У тебя получается лучше, чем у нас обоих вместе взятых.

Герда улыбнулась одними глазами, так и не научившись принимать комплименты.

Говорила про Авалор, про дворец Лучезарных. В конце концов, Олаф первый их предал в Зюдхейме. Потом начала рассказывать про Идоу и все чудеса Гундигарда.

- Невероятно! Вы как будто побывали на Тихом берегу, - восхитился Ноэль.

- Только Николас там и остался, - опустошённо выдохнула Герда и отвернулась, чтобы скрыть вновь накатившие слёзы.

Она так старалась себя занять чем угодно, чтобы только не думать о его смерти, и всё равно чувствовала жуткую, разъедающую боль глубоко внутри.

- Если хочешь, в Дюарле целители разума могут стереть твою память, а вместе с ней и боль, - предложил Ноэль. Ему было явно не по себе от её плохо скрываемых слёз.