Тать на ваши головы

От этой мысли прибавилось сил, я ускорила шаг, пока не наткнулась на суровое:

— Стоять! Кто такой?

А на что я, собственно, надеялась? Что на главном тракте, у которого еще днем бились войска, не будет патрулей? Что никто не станет присматривать за дорогой? Нет же, выперлась, наивная клуша, и почапала, не оглядываясь по сторонам... Дура!

Я посмотрела на допрашивающие меня кусты. На всякий случай тронула лицо — щетина была при мне.

Слова сами соскочили с языка:

— Из ездовых я. Мой понес, зараза, потом скинул.

Я голову ушиб, ничего не помню. К своим вот пробираюсь.

Тусклый голос ушибленного головой прекрасно ложился на легенду, и кусты ответили обнадеживающим шуршанием, явив высокого здоровенного парня в белом плаще. Как он до этого маскировался — понятия не имею, но сейчас я его бы издали заметила — в белом-то.

Парень ощупал меня подозрительным взглядом, но видок у меня и правда был достойный подаяния, потому как патрульный смягчился.

— Пошли, — кивнул он, отвечая мне на языке синих, — к командиру отведу.

Решим, что с тобой делать. Посидишь с нами у костра до утра, а там на обоз закинем.

Я помотала головой, намереваясь отказаться от чести разделить ночь с белыми, но меня решительно взяли за плечи и потащили с дороги:

— Ты едва на ногах стоишь, все равно не дойдешь, да и ваши первыми лагерь сняли, их уже в Городе с бочками вина встречают, поди.

Какие шустрые зеленые... Оно и к лучшему. Никто не сможет мою легенду опровергнуть. А слова... быки на поле боя были? Были. Все видели, а если кто не видел, так слышал.

Мой орал за целое стадо. Так что я задавила панику - меня не раскроют, не раскроют меня - и потопала с провожатым.

— Чайде, я до стоянки, — сказал парень кустам.

Ух ты! Он не один был. Впрочем, логично. Меня сейчас доставит и вернется бдить к напарнику.

Шли недолго, и скоро красный огонек костра приветливо замаячил среди деревьев.

Отряд белых был небольшим — чуть больше десятка. Выглядел потрепанно — многие с повязками, но на лицах заметно воодушевление.

Тишина то и дело взрывалась хохотом. Чем-то вкусным пахло от висевшего над костром котелка, по кругу шустро ходила фляга. Парни скидывали напряжение после боя. Где-то в темноте, за деревьями, шумно вздыхали, переминаясь... пусть будут лошади.

На нас особого внимания не обратили. Да и зачем? Они здесь что-то вроде элиты — причем исключительно нордической. Сплошь блондины, высокие, плечистые, точно их с рождения на службу отбирали. Еще и плащи белые.