Потерянная ведьма

Я могла почувствовать, как магия пропитывает воздух, пронизывая каждое растение, каждую травинку. Здесь, в моих родных местах, я могла свободно использовать свои способности, без страха и ограничений.

Мы вышли на знакомую мне до боли поляну и я увидела свой рай, в котором прошло мое детство. Я направилась к старому дубу, когда-то он был моим убежищем и источником вдохновения. Его могучие ветви раскинулись, словно приветствуя меня, а под его сенью я нашла покой. Я положила руку на шероховатую кору и закрыла глаза. Энергия дерева медленно перетекала в меня, словно древний друг делился своими силами.

— Вот оно, мое место силы, — прошептала я. — Возле этого дуба прошло мое одинокое детство. Это мой единственный и вечный друг, который никогда не предаст.

— Мама, как же тут здорово! — воскликнул мой сын, догоняя меня. Подойдя к дубу, он положил на него руку и сказал: — Мое тело все бурлит от прилива магии.

— И это ты променяла на кого-то постороннего, гнома! — сказал Альбус, оглядываясь вокруг с восхищением.

— Соплячка! Он не посторонний, — отреагировал, на замечание о своем отце, Никита.

— От сопляка слышу, — сердито сказал Альбус и сел на пенек, который стоял рядом с деревом.

— Они спилили дерево, которое я посадила тут рядом, — с ужасом в глазах сказала я, глядя на пенек, на котором сидел Альбус.

— За эти семь лет многое изменилось, и когда мы вернемся в королевство, ты поймешь, что значит «до неузнаваемости», — сказал Альбус, глядя вдаль. Потом он спросил: — А где наш дурень?

— Изучает странных насекомых в сарае за холмом, — ответил Никита, показывая в сторону поляны.

— Как бы его не покусали, — ухмыльнувшись и слегка улыбнувшись ответила девчонка Ксюша.

— Злючка! — смеясь, ответил Никита.

— Малыш, я ведь могу и отшлепать, — огрызнулся черт.

— Ага, только с позволения моей мамы! — ответил Никита и, гордо подняв голову, направился к сараю, чтобы узнать, чем занят наш водитель.

— Спасайтесь! Там жук-навозник вырос и пригрозил закидать меня какашками, если я не уйду!

Добежав до нас, он оглянулся назад, но не увидев ничего опасного, вздохнул с облегчением. Издалека донесся голос Никиты:

— Ах ты проказник! Подглядывал за Пусиком и его творением.