Шаманка-2. Жена слепого мага

Её голова была по-прежнему занята одним слепым магом, не умеющим обращаться с женщинами, а Сокол долго не мог успокоиться. В паху пульсировало.

— Вот до чего долгое воздержание доводит, — сказал он в пустоту, и только сейчас заметил, что Фабиано уснул.

Хвала богам! Часа три на спокойную работу есть.

Сокол встал со стула и, уходя из детской, мысленно поклялся: “Как только Амелия отдохнёт и наберётся сил, просто так от меня не отделается”.

***

Франко прибыл после обеда. На удивление тихо открыл портал в специально отведённой комнате и вежливо попросил слуг доложить о нём.

“Подозрительно, — подумал Сокол. — Навесить, что ли, на гостиную дополнительные купола защиты? От землетрясения, взрыва, шторма”.

— Тёмных ночей, — поприветствовал слепой маг.

— Тёмных, — осторожно ответил его брат.

Кресло на всякий случай отодвинул подальше. Уселся, закинул ногу на ногу и мысленно посетовал, что Амелии нет рядом. Когда Франко молчал, только жена могла по запаху разгадать его эмоции. Чего сейчас больше: гнева или желания подчинить? Подавить, подмять под себя обнаглевшего младшего брата.

— Где София? — без предисловий начал старший.

— У меня, ты же знаешь. Иначе не приехал бы.

— Зачем? Нет, я вроде догадываюсь, но хотел услышать от тебя лично. Мстишь? Поймал момент, когда всё начало рушиться, вспомнил о Малии, о том, кто толкнул её в твою постель, и решил, что блюдо уже достаточно холодное?

Сокол мученически закатил глаза. Брат взрослел среди элезийцев и диких ведьм. Его приучили к тому, что удара в спину нужно ждать всегда.

— Нет, я помог, как ты и просил. София сидела в слезах и собиралась уйти к ведьмам. Насовсем. Потому что недостаточно для тебя хороша. Да, вот так сильно себя накрутила. Все постарались. Ты повернулся спиной, Анри закрыл глаза, что хозяйке не принесли ужин, а уж как изгалялась фальшивая кузина я даже вспоминать не хочу.

Франко поморщился и громко цокнул языком. Неприятно слышать, что он не прав? Ничего, потерпит. Иначе ситуация с “я хочу уехать” от Софии будет повторяться снова и снова.

— Ты мог уговорить её остаться.

— На одну ночь, — отрезал Сокол. — А утром слуги продолжили бы бойкот, Вивьен опять распустила язык, и нервы твоей невесты сдали бы окончательно.