Шаманка-2. Жена слепого мага

Эх, что взять с неопытной девчонки? Да, женщины у власти часто подчиняются эмоциям, а не разуму, но неужели не нашлось никого, желающего подсказать: с этим человеком лучше дружить?

Камень в огород Кеннета Делири? Вряд ли Сарвальд знал, что Франко поругался не только с Верховной Веленой. Конфликт быстро сошёл на нет. Но если смотреть со стороны, то да. Промах главы клана был как на ладони. И теперь император решил за него зацепиться?

— Справлюсь, — Франко постарался изобразить беспечную улыбку. — С нуля начинать не придётся, да и сбережения кое-какие есть.

— Ой, да брось, — Сарвальд должен был махнуть рукой или хотя бы поморщиться. — Я тебе с самого начала предлагал подданство Тёмной империи, титул лорда и достойное финансирование исследований. Ты всё носом крутил. Хотел быть вольной птицей. И где в итоге осел? Клан смерти. За любимой женщиной пошёл? Не отрицай. Хотел бы пойти за братом, пошёл бы сразу, а не ждал несколько лет.

— София шаман, — скромно отрекомендовал супругу Франко. — Ей лучше в клане, это правда. Там духи предков, разветвлённая клановая сеть, от которой она в восторге.

— От нашей магии ей тоже нет смысла открещиваться. В бездне лина София не чужая. Среди тёмных лордов очередь выстроится посмотреть, как она работает. Да и тебе деньги не лишние. Вчера женился, о семье надо думать. А что до клановой сети… Как ты в неё вошёл, так и выйдешь. Любая магическая связь рвётся. Ну так что? Пойдёшь ко мне главным советником?

Франко тихо хмыкнул и провёл большим пальцем по губам.

Догадка давно крутила хвостом перед носом. Плиний погиб почти три года назад, а Кеннет отдал останки вороноящериц Урилу Айлиссену ещё раньше. Наивно полагать, что умный и даровитый тёмный не докопался до главного секрета эссенции.

— Ты ведь знаешь, да? — тихо спросил он, вешая купол тишины над шатром. — Знаешь, что фиолетовая магия позволяет поднимать мёртвых?

Жаль, что нельзя обмазать эссенцией лицо каждого собеседника. Франко многое бы отдал за то, чтобы посмотреть на реакцию Сарвальда. А уж за возможность нырнуть в его мысли умер бы и воскрес.

— Разумеется, — чуть ли не по слогам произнёс император.