Со смертью заодно

— Двое в плащах, одна явно дама. Остальное не разглядел, ваше благородие, они сразу в трактир прошли и уселись там за самый дальний стол.

Самый дальний от входной двери и самый темный в трактире, это я помнил — сам вчера предпочел занять для позднего ужина именно этот стол. Терять время на пустые расспросы не было необходимости. Проще спуститься в трактир и самому все узнать, если уж нежданные визитеры меня там с нетерпением ожидают.

— Передай, я сейчас спущусь, — сказал я и вернулся в комнату, захлопнув дверь.

Возможности привести себя в нормальный вид на данный момент не имелось, так что я сделал, что мог: умылся ледяной водой из тазика, стоявшего на тумбочке у окна номера, магией немного разгладил костюм. Взглянул на мутное отражение в небольшом зеркале. В темных волосах кое-где торчала солома, лицо мокрое, обветренное и измятое под стать костюму, на щеках и подбородке виднеется щетина, глаза покраснели.

Запустил пальцы в волосы, выудив солому, вытер лицо полотенцем и усмехнулся. Сейчас я и сам скорее походил на бандита, чем на — ваше благородие! Застегнул все пуговицы на пиджаке, поправил сбившийся воротник и, прихватив небольшой саквояж и плащ, закрыл дверь номера и спустился вниз.

Видимо, кто-то поднимался на второй этаж совсем недавно: на ступенях виднелись грязные следы от мужской обуви. Ключ отдал мальчишке коридорному, с важным видом замершему у стойки возле лестницы в новеньком, недавно пошитом жилете из парчи, скрывающем старую застиранную рубаху. Он поздоровался звонким голосом, взял протянутый мной ключ и повесил на гвоздик. Я кинул мальчишке монету, он ловко ее поймал и припрятал в карман. Автоматически обратил внимание на то, что остальные шесть гвоздей оказались пусты, надо же, а постоялый двор отнюдь не пустовал.

Прошел в трактир, расположенный в пристройке. Темный зал с двумя небольшими окнами, освещенный парой сальных свечей, в этот час был практически пуст. За исключением пары, сидевшей за столом в темном углу помещения. Перед ними стояли тарелки с нехитрым завтраком: твердый сыр, краюха свежего хлеба и травяной чай в глиняных щербатых кружках.

Подошел ближе, глаза понемногу привыкли к темноте, но лиц парочки у меня все равно разглядеть не вышло. В воздухе витали запахи: жареного мяса на углях, свечного воска, дождя и дыма кухонного очага. Развернулся и схватил одну из тусклых свечей на блюдце, стоявших на окне неподалеку, подошел к столу, за которым сидели нежданные визитеры, и поставил ее между тарелок.