Со смертью заодно

— Ох, приятно познакомиться, — сказала без прежнего радушия Элеонора Францевна, покосилась на Дмитрия, скуксилась, тяжело вздохнула, явно жалея о том, что такая выгодная партия, столь подходящая для одной из её дочерей, уплыла за графским титулом.

Она проплыла вперёд, Дмитрий тихо прошептал:

— Придерживаемся легенды, не обращаем ни малейшего внимания на перепуганный объект. Его нужно успокоить, дать понять, что мы действительно едем в город по делам.

— Думаешь, он в это поверит?

— Выбора у нас нет!

— В этом ты прав! — кивнула я, наблюдая за движением по вагону стенобитного тарана в лазурном платье.

Мы, рассыпаясь в благодарностях, проследовали в купе за Эмилией Францевной. Она не замолкала ни на секунду, болтая о прелестях сельской жизни, слабом здоровье своего мужа, нахваливала таланты и кроткий нрав дочерей, командовала обслугой и жаловалась на духоту в вагоне. Впереди — из второго от входа купе вынырнула голова мошенника, узрев нашу процессию, он попытался было втянуть её обратно, но не тут-то было.

Зрение у Элеоноры Францевны оказалось отменным, и, судя по всему, во время её визита в усадьбу их успели друг другу представить.

— Казимир Васильевич! — рявкнула дама, и мошенник, побелев как полотно, чуть не полег с сердечным приступом прямо в дверях купе.

— Поликарп Кузьмич! — обернувшись, робко попытался подать голос мошенник.

— Ну надо же, какая подготовка, не забыл ещё, как назвался аферист, или от страха вспомнил? — прошипела я.

Дмитрий сдавленно фыркнул, я, едва сдерживая язвительную усмешку, следила за непередаваемо фальшивой любезностью мошенника и его безуспешными попытками улизнуть от общительной дамы.

— Дмитрий, ты посмотри, кто здесь! Это же ваш дальний родственник! Забыла только, по линии матушки или отца? Казимир Васильевич, вы обязаны составить нам компанию! Нет, нет, я не приму отказа! Чемоданы складывайте осторожно! — припечатала она в конце командным голосом, грозно глядя на суетящихся в купе слуг.

Мошенник в этот момент, просочившийся обратно в купе и пытавшийся запихнуть свою поклажу на багажную полку, дернулся, потрепанный жизнью объёмный чемодан сверзился на пол, едва не задев окованным острым краем хозяина по голове.

Он попытался увернуться, но не удержался на ногах, выпал из купе и вцепился в первое, что попалось под руку — в Элеонору Францевну! Слава лесным духам, схватил он её за талию. Все в вагоне замерли, слуги застыли в нелепых позах, лицо дамы медленно наливалось ровным багровым оттенком.